Лента новостей Рабкор.ру | Борис Кагарлицкий
23.04.2017
Добавить в избранное Лента новостей Напишите нам

Лента новостей Рабкор.ру

Топонимика Смутного времени

© moscowwalks.ru

Вся наша жизнь проходит в окружении географических названий. Каждый день мы сталкиваемся с улицами, деревнями, посёлками, районами, городами, которые имеют своё «имя». «Имя», позволяющее их идентифицировать.

Как писал советский и российский географ, признанный специалист в топонимике Евгений Михайлович Поспелов (1923-2007), «географические названия – нерукотворные памятники культурного наследия человечества, которые хранят память о нашем прошлом, о былом состоянии природы и хозяйства, о людях, которые создавали эти названия». Русский филолог академик Грот еще в XIX веке отмечал, что все названия содержат смысл «любопытный для ума и воображения». Область научного знания, изучающая географические названия, их происхождение, смысловое значение, развитие, современное состояние, написание и произношение называется топонимикой. А сами названия – топонимами.

Российская история богата на знаменательные события. Каждая веха исторического процесса так или иначе отражается на всех сферах общественной жизни, в условиях трансформации которой зачастую меняется и топонимия того или иного места.

Октябрьская революция, изменив уклад жизни общества, также сломала и топонимию, до того связанную с царской семьей и православием. Обратный, реакционный процесс по отказу и уходу от «коммунистических ноток» в топонимике начался в 80-90-е гг. XX века и продолжается до сих пор.

Свой след на карте в виде названий населенных пунктов и районов оставила и Смута. Так, на юге Москвы память о царе Годунове запечатлена в названиях Борисовских прудов, одноимённой улицы, станции метро «Борисово», районов Орехово-Борисово Северное и Орехово-Борисово Южное. Ранее на месте современных районов существовало село Борисово, которое впервые упоминается в конце XVI века как сельцо Овражки. За победу над крымским ханом Газы Гераем в 1591 году царь Фёдор Иоаннович жалует Годунову данную вотчину. После воцарения Бориса вотчина получает его имя, а пруды рядом с ней становятся Цареборисовскими. В 1960 году Борисово входит в состав Москвы.

Большое распространение получили так называемые топонимические легенды о панах как память о нашествии поляков. Являясь ярчайшим примером «народной этимологии», такие легенды могут объяснить происхождение названий ряда населенных пунктов в Смоленской области, где насчитывается шесть вымирающих деревень Панское. Стоит также отметить, что в Мурманской области можно встретить Панские горы, Панские холмы, Панский ручей, название которых никак не связано с поляками и Смутой. Топонимистами выдвинута гипотеза, что такие названия произошли от русского диалектного «пан», «панок» в значении «курган».

Бывает и такое, что местность даёт человеку прозвище – ярким примером является Лжедмитрий II. Разбив свой лагерь в Тушино, самозванец сделал известным это село и был наречен Тушинским вором.

Село в то время превратилось в «альтернативную столицу» государства Российского. При отступлении тушинцев село сожгли, от него осталась только пустошь. Само Тушино впервые упоминается в XV веке как вотчина боярина Василия Квашнина-Туши.

События Смутного времени стали поворотными в истории России, а преодоление этого трудного этапа послужило объединяющим фактором общества того времени. Московское царство стало в некотором смысле обновленным, даже заново рожденным. Моральный дух и единство народа вышли на иной уровень, прежде неведомый нашему государству. Данные события стали одним из шагов к формированию идентичности Российского государства.

Сторонники мир-системной теории рассматривают сегодня русскую Смуту как часть общеевропейского социального взрыва, высшей точкой которого стала Английская революция.

Современным свидетельством Смуты остаются дошедшие до нас названия деревень, районов. Жизнь, а следовательно, и исторический процесс, продолжается. Мы становимся свидетелями изменений не только российского, но и мирового масштаба. Интересно, какое событие в будущем отразится в названиях улиц, поселков, городов? И вообще, каким должно быть это событие?

Запись Топонимика Смутного времени впервые появилась Рабкор.ру.

Польские перспективы

© vc.ru

Георгий Коларов побеседовал с польским экспертом Якубом Корейбой по поводу политической ситуации, которая сложилась сегодня в Польше, и перспективах развития российско-польских отношений.

Как вы оцениваете результаты работы «Права и Справедливости» (ПИС) за прошедший год?

Социальная политика ПИС ликвидировала самые ужасные патологии в обществе, уменьшила разницу в жизненном уровне и добилась определенных успехов в ликвидации бедности. С другой стороны, вопросы оценки бюджетных и фискальных результатов такой политики (рост бюджетного дефицита и повышение налогов) остаются открытыми. Оппозиция в глубоком кризисе и бездарно пробует преодолеть общественную поддержку ПИС. Вопреки многим противоречивым решениям правительства и неадекватного поведения некоторых членов правящей партии, ПИС удерживает на своей стороне большинство поляков. Ее поддерживают больше людей, чем все остальные партии вместе взятые, и она выигрывает все выборы. Оппозиция в безвыходном положении и борется с кризисом нехватки ясной идеологии, программы, единства, лидера и прежде всего нехватки общественной поддержки.

В связи с этим оппозиционные партии решили создать парламентский кризис, провалить одобрение бюджета и спровоцировать досрочные выборы.

В соответствии с худшими традициями «демократии шляхты» XVII века ни правительство, ни оппозиция не готовы отступить и исключают компромисс. Утонув в риторических битвах, первые говорят о попытке переворота, вторые – о диктатуре. Оба утверждения не соответствуют действительности и являются попыткой дискредитации противника.

Как влияет на польскую экономику присутствие иммигрантов с Украины, число которых постоянно растет?

Иммигранты с Украины абсолютно необходимы для поддержки экономического роста в Польше. Сегодня у нас работают около 1 000 000 украинцев, однако прогнозы показывают, что для удержания сегодняшнего темпа экономического развития, на фоне текучести трудовых ресурсов (поляки в массовом порядке уезжают работать на Запад), в ближайшем времени польская экономика будет нуждаться в 5 000 000 иммигрантах.

По географическим, экономическим, культурным и языковым причинам, самый подходящий источник трудовых ресурсов для Польши – Украина.

Пока наличие украинцев в Польше не создает никаких проблем и не ведет к переменам в политической системе.

Большинство из них оставили свои семьи на родине и не рассматривают Польшу как постоянное место проживания. Браки между украинцами и поляками – редкость. Ситуация, однако, может быстро измениться, если в результате продолжающегося социально-экономического кризиса на Украине, кроме чернорабочих, в Польшу начнут переезжать и многие представители высококвалифицированных профессий, которые быстро будут интегрироваться в польское общество. В таком случае не исключено, что через 70 лет Польша снова станет многонациональным государством, что я лично считаю вполне нормальным. Самая большая опасность, связанная с присутствием украинцев в Польше, – это попытки малочисленных, однако шумных деятелей националистического лагеря разжечь ксенофобские настроения, используя трудные моменты общей истории.

Каковы перспективы развития отношений Варшавы с Киевом и Москвой?

В настоящий момент Польша, вопреки своей воле и своим интересам, поставлена перед неизбежным выбором: Россия или Украина? Это драматический вопрос, достойный древнегреческой трагедии: в результате развития независимых от Польши процессов в настоящий момент ей не удается поддерживать хорошие отношения с двумя соседними государствами. В целом можно сказать, что по вопросу Крыма и Донбасса в Польше сталкиваются прагматики и идеалисты. Результатов конфликта между Киевом и Москвой нельзя предугадать. В этом контексте польская точка зрения такова: с русскими в Крыму или без них Украина нуждается в реформах.

В отношении России преобладают чувства недоверия и скептицизма: большинство польской политической элиты считает, что с Россией в её сегодняшнем состоянии невозможно взаимодействовать.

Считается, что нужно создать многоуровневую систему безопасности для защиты от российской политики, определенной как неоколониальная экспансия, вплоть до создания общего газового рынка в рамках ЕС и до присутствия американских войск.

Как относятся поляки и конкретно польская диаспора в США к переменам, произошедшим в американском Белом доме?

Парадокс, но большая часть американских поляков (их около 10 000 000) проголосовала за Дональда Трампа. Одновременно в Польше и среди американских поляков царит сдержанный оптимизм в отношении новой администрации Белого дома.

Для Польши республиканская партия всегда выгоднее, чем демократическая.

Среди некоторых экспертов и политиков заявления Трампа по поводу НАТО и России вызывают панику и дезориентацию. С другой стороны, его президентство рассматривается как шанс для продвижения союзнических отношений между Варшавой и Вашингтоном на качественно новый уровень. Польша выступит перед Трампом в качестве лидера Восточной Европы, ключевого союзника в НАТО, незаменимого союзника в реализации американских интересов в регионе.

Вы считаете возможным выход Беларуси из ЕврАзЭС и ОДКБ в обозримом будущем?

Беларусь ни сегодня, ни завтра не должна выходить из ЕврАзЭС и ОДКБ. Надо иметь в виду, что евразийские структуры большей частью являются фикцией. Москва не готова делиться суверенитетом ни с кем. В результате экономические задачи превращаются в инструменты реализации геополитических целей: с помощью нефти и газа, а также доступа к своему внутреннему рынку Россия нажимает на партнеров, например, по вопросу размещения военных баз. Таким образом, то, что в Москве называется «евразийская интеграция», уже теряет содержание и смысл, приводя к мнению, что Запад, конкретно ЕС, более привлекательная альтернатива.

Справка: Якуб Корейба – польский журналист, политолог, международник. Закончил Институт Международных Отношений Варшавского Университета. Учился в университетах в Лионе (Франция), Санкт-Петербурге (Россия), Киеве (Украина). Докторскую диссертацию защитил в МГИМО на теме: «Проблемы европейской политики в отношениях с Россией и Украиной». Издал и одноименную монографию в России. В МГИМО преподавал «Историю международных отношений».

Запись Польские перспективы впервые появилась Рабкор.ру.

Почему Москва никогда не преодолеет дефицит детских садов?

© mguu.ru

В 2012 г. мэр Москвы Сергей Собянин торжественно объявил, что столица наконец-то преодолела очереди в детские сады. По большей части это правда, интенсивное строительство детских садов в 2008-2012 гг. позволило обеспечить большую часть юных москвичей местами в дошкольных учреждениях. Однако полной победы правительству города достичь так и не удалось.

Очереди на получение места в детском саду по-прежнему встречаются и порой приобретают острый характер, например в таких районах города, как Куркино, Фили, Выхино, Лефортово, Марьина Роща. Запись ребенка в детский сад требует от родителей немалых усилий: запись от рождения, контроль продвижения очереди. Важна и другая проблема: доступность детского сада. Детских садов достаточно, но распределены они неравномерно, где-то с избытком, где-то их не хватает, поэтому столичные власти пытаются управлять распределением мест, порой крайне неэффективно, например, предлагая родителям из восточного округа столицы детский сад в западном.

Так что же мешает мэрии окончательно и бесповоротно победить дефицит детских садов в городе? Если есть политическая воля мэра, который к тому же руководит богатейшим регионом страны с заявленным социальным бюджетом, казалось бы, непреодолимых препятствий быть не должно. Но здесь существенную роль играет другая логика, институционально-сетевая.

Противоречия интересов, прежде всего населения и бизнеса, который работает в связке с правящей бюрократией, делают претворение в жизнь даже крупной государственной стратегии нереализуемой задачей.

Обратимся к конкретному примеру, который можно назвать типовым и характерным. В районе Северное Измайлово города Москвы по адресу ул. 11-я Парковая, вл. 46, в советские годы существовал детский сад. Учреждение было построено еще в 1960-е годы одновременно с районом и полагалось детям рабочих текстильной фабрики им. Баумана. В те годы существовали чёткие нормативы отношения жилой застройки к объектам соцкультбыта; школа или детский сад существовали практически в каждом дворе.

Северное Измайлово и сегодня отличается неплотной 5-9 этажной застройкой. Как это часто было в 1990-е годы, фабрика прекратила своё существование, и находящееся на ее балансе здание детского сада оказалось приватизированным частной компанией, которая разместила в нем офисы, магазины и прочие помещения под аренду. В 2011 г. владельцам здания удалось выкупить участок земли вокруг него, причем сделать это на условиях льготной программы. При этом любопытно, что здание детского сада в 2006-2008 годы входило в программу возврата городу детских садов и яслей, подписанную Дмитрием Медведевым, то есть о его социальном назначении вроде как не забыли. Тем не менее в 2014 г. здание с участком за долги уходит другому собственнику

Прежнему частному собственнику социальное назначение здания бывшего сада всегда было неинтересно, и он приложил максимум усилий, чтобы построить на его месте новый офисный центр. Однако против подобного проявления социальной безответственности выступил Комитет по архитектуре и градостроительству города Москвы. В 2013 г. собственник обратился за градостроительным планом земельного участка (далее ГПЗУ) в Москомархитектуры и получил план участка на строительство детского сада. В ответ последовал запрос на изменение проекта планировки квартала с разрешением на торгово-офисное строительство, но Москомархитектуры выписал предпринимателю отказ с формулировкой «оснований для изменения проекта планировки нет». Собственник проявил упорство, трижды обращаясь в арбитражный суд, который Москомархитектуры три раза выиграл с сильной позицией: назначение участка определено законом, стройте детский сад.

Отчаявшись пустить земельный участок в коммерческое потребление, старый собственник в 2014 г. уступил его новому – компании «Инград» и стоящему за ней Московскому кредитному банку (подобнее в видеообращении местного муниципального депутата Дмитрия Барановского). Последний, по всей вероятности, оказался лучшим лоббистом.

В 2015 г. Москомархитектуры полностью меняет свою позицию, предлагая  изменить план земельного участка на многоэтажную застройку с предельной этажностью 75 м (около 22 этажей). По итогам заседания градостроительной комиссии в декабре 2015 г., ГПЗУ на строительство детского сада был аннулирован, в проект планировки квартала внесены изменения, точечной застройке коммерческим жильем «дан зеленый свет».

Разумеется, сделано это было без публичных слушаний, без учета мнения местных жителей.

При этом, по информации Дмитрия Барановского, на том же заседании градостроительной комиссии декабря 2015 г., согласно стенограмме, префект Восточного округа предусмотрел возможность появления протестных акций жителей и получил поручение от зам. мэра Москвы Марата Хуснулина провести информационную работу с населением по данному вопросу.

Тем не менее после публичного оглашения планов строительства и вырубки 500 деревьев и кустарников (посаженных в свое время местными жителями) на территории бывшего детского сада протестные настроения населения все же выплеснулись наружу. 24 января 2017 г. группа местных жителей попыталась воспрепятствовать вырубке деревьев строителями, а 29 января около 150 жителей провели сход рядом с участком строительства, выражая несогласие с точечной застройкой района.

Что мы видим в этом простом эпизоде:

  1. Коммерческие интересы бизнеса важнее социальных интересов жителей.

Жители не протестовали против всякого строительства на земельном участке, поддерживая идею открыть новый детский сад или образовательный центр. Однако их мнение, потребности и интересы оказались ничтожно малой величиной в отношении бизнес-планов крупных столичных предпринимателей. Более того, даже такое масштабное явление как государственная социальная политика региона, может быть просто отброшено там, где эта политика сталкивается с частными интересами крупного бизнеса.

  1. Конъюнктурный и волюнтаристский подход в вопросе градостроительной политики.

Градостроительные планы, программы развития города, публичные слушания – все это может быть легко перечеркнуто спонтанным решением городских чиновников. Ведь можно быть уверенным, что никто не просчитывал нагрузки от создаваемого многоэтажного жилого дома на местную транспортную, социальную, коммунальную инфраструктуру. Никто не предусматривал риски создания очередей в детские сады, нехватку парковочных мест, пробки, переполненные детские площадки окрестных дворов и пр.

  1. Авторитарно-бюрократическое управление городом не отражает интересов его жителей.

Об этом уже приходилось писать в прошлых статьях. Когда интересы жителей формально должен защищать неизбираемый чиновник, назначенный другим чиновником, которого назначает политик, избираемый раз в 4 года, произвол на местах приобретает характер системного явления. Это особенно верно в сферах, где задействованы большие ресурсы (строительство и землепользование – это именно такие сферы) и имеет место столкновение многих неравных интересов. В западноевропейской, и не только, практике подобные вопросы, как правило, решаются на местах, на муниципальном уровне и, как правило, с задействованием плебисцитарных процедур или элементов прямой демократии. В Москве ни первое, ни второе не практикуется уже более 25 лет.

В этом ответ на главный вопрос статьи, почему очереди в московские детские сады в сложившейся системе победить не удастся никогда: социальные интересы в городе с дорогой землей не уживаются с интересами бизнеса.

Запись Почему Москва никогда не преодолеет дефицит детских садов? впервые появилась Рабкор.ру.

Франция перед выборами

© Ben Heine

До финального этапа президентских выборов во Франции осталось совсем немного. Первый тур состоится менее чем через 3 месяца. Результаты Brexit и президентских выборов в США показали, что предугадать итоги голосования невероятно сложно и к власти не всегда приходит тот, кого опросы называют фаворитом гонки.

Однако, согласно социальным опросам, на данный момент считается, что во второй тур обязательно выйдет лидер Национального фронта Марин Ле Пен (примерно 25% голосов), где она проиграет своему сопернику. Следом за ней идёт независимый кандидат Эммануэль Макрон,  набравший около 22%, обогнав тем самым примерно на 5% Франсуа Фийона. На 4 месте кандидат от социалистов Бенуа Амон с 17%, а за Жан-Люка Меланшона, представляющего партии, стоящие слева от социалистов, готовы проголосовать до 11% французов.

Сейчас лидирующую позицию занимает Марин Ле Пен. В своих выступлениях она заявляет о том, что Францию необходимо снова сделать сильной, самостоятельной,  добиться расширения ее роли и влияния в мире. Одним из основных пунктов ее предвыборной кампании, как и ожидалось, является выход страны из Евросоюза, так называемый Frexit. Тем самым она получает поддержку большинства французов, выступающих против увеличения налогов, легализации однополых браков, санкций против России. Как следствие выхода из еврозоны — возвращение национальной валюты франка.

В ее программе можно выделить множество важных пунктов, подкрепляющих ее популярность среди французского народа. Так, она считает необходимым:

– вернуться к принципам экономического патриотизма, освободившись от европейских ограничений и сохраняя государственный контроль над французскими предприятиями;

– привести в порядок государственные финансы, положив конец неэффективным расходам, в частности связанным с иммиграцией;

– выйти из совместного военного командования НАТО, чтобы не допустить втягивания Франции в войны, которые не отвечают ее интересам;

– действовать в интересах многополярного мира, состоящего из равноправных независимых государств: внешняя политика должна осуществляться таким образом, чтобы вернуть Франции ее стабильность и влияние;

– ограничить иммиграцию, в том числе и легальную, упразднить практику воссоединения семей и права автоматического гражданства при рождении на территории Франции.

Можно ли назвать Ле Пен пророссийским политиком? Скорее всего, да. Она всегда считала глупыми санкции Западной Европы в отношении России, выступала и выступает за улучшение франко-российских отношений.

Несмотря на растущую популярность лидера французских националистов, предполагается, что выборы выиграть ей все-таки не удастся.

Главный конкурент Марин Ле Пен — Франсуа Фийон, бывший премьер-министр, на фоне скандала с супругой сейчас стремительно теряет поддержку как избирателей, так и своих однопартийцев. Партия Республиканцев даже готова заменить своего кандидата, однако Фийон заявил, что пойдёт до конца.

Российским наблюдателям эта кандидатура также интересна в связи с его оптимистичным настроем по отношению к России. Он выступает против антироссийских санкций и за поддержку российской военной кампании в Сирии.

Может ли данный кандидат повлиять на политическую ситуацию в стране?

Политик выступает за ультралиберальные реформы. Он обещает поднять пенсионный возраст до 65 лет, сократить расходы государственного бюджета на 110 млрд евро, на 50 млрд евро сократить налоги на бизнес, увеличить рабочую неделю чиновников с 35 до 39 часов.

Основной темой, к которой он обращается, является борьба с нелегальной миграцией и терроризмом.

По отношению к социальным вопросам, он выступает гораздо более консервативно, заявляя о своём намерении изменить закон об однополых браках.

Судя по всему, заняв пост президента, Фийон прежде всего занялся бы восстановлением отношений с Россией и поспособствовал бы формированию международной коалиции, необходимой для разрешения сирийского конфликта.

Социалистов представляет Бенуа Амон, бывший министр образования.

Его программа сразу же заинтересовала значительную часть избирателей. Она построена на предложении ввести ежемесячные выплаты для всех французов вне зависимости от их возраста и уровня дохода.

Считать эту программу реалистичной довольно сложно, тем более что Амон не особо вдаётся в детали ее реализации.

Молодёжь также входит в число тех, кто его поддерживает, так как в программе Амона фигурирует такой пункт, как легализация марихуаны, неоднократно обсуждавшийся, но прежде отсутствовавший в предвыборных программах.

Помимо прочего Амон выступает за отмену принятого в прошлом году закона о труде, сокращение рабочего дня, применение эвтаназии в медицине. В отношении России кандидат социалистов в соответствии с леволиберальной идеологической схемой настроен крайне негативно, одновременно выступая самым последовательным среди имеющихся кандидатов сторонником европейской интеграции.

Предположительно во второй тур пройдет независимый кандидат Эммануэль Макрон, чья растущая популярность все более и более волнует других кандидатов. В своей программе он выступает за повышение расходов на безопасность и оборону. Возглавляемое им движение «Вперёд!» не относит себя ни к левым, ни к правым, как бы создавая свой собственный путь, который объединит весь французский народ. Он предлагает провести реформу по сокращению налогов на медицинское страхование и на пособия по безработице, говорит об увеличении минимального размера оплаты труда. Макрон также намерен сократить продолжительность рабочей недели для пожилых людей до 32 часов.

Что же касается выхода из Евросоюза, то Макрон придерживается мнения, что еврозону необходимо сохранить, но реформировать. Также он выступает за нормализацию отношений с Россией и отмену санкций.

Несмотря на все это, депутат Национального собрания Франции от партии Национальный фронт Марион Марешаль-Ле Пен заявляет об отсутствии конкретной предвыборной программы Макрона, о наличии лишь имитации, что все же не мешает рейтингу данного политика расти.

Коммунистическая партия Франции поддержала на президентских выборах известного политика, основателя Левой партии, депутата Европарламента Жан-Люка Меланшона, участвующего в гонке кандидатов на базе созданного им движения «Франция непокоренная». Его программа сразу же была поддержана значительной частью французских левых.

Как Ле Пен и Фийон, Меланшон выступает за налаживание отношений с Москвой и против антироссийских санкций, которые не только ухудшают отношения между государствами, но и наносят серьёзный ущерб экономике Франции. Как ни парадоксально это может показаться на первый взгляд, его предвыборная кампания очень схожа с кампанией Марин Ле Пен, например, он также выступает за Frexit.

Делать выводы о результатах гонки за три месяца до выборов сложно и даже бессмысленно. Результаты опросов являются очень относительными, ведь они не охватывают все население, да и потерять поддержку избирателей, сделав один неверный шаг, очень легко. Опыт Британии и США показал, что социологи могут ошибаться очень значительно. Во-первых, социально-демографический состав и структура голосующего населения может быть совершенно иной, чем выборка, а во-вторых, люди всё реже говорят правду социологам.

Конечно, для России лучшим вариантом будет, если во второй тур выйдут два пророссийских политика. Тогда можно предположить, что, вне зависимости от того, кто победит, отношения между двумя государствами выйдут на совершенно новый уровень.

Что же касается Европейского Союза, то для него развитие французской предвыборной кампании не сулит ничего хорошего. Практически ни один кандидат не является его безоговорочным сторонником. Чем более критично высказываются кандидаты о политике Брюсселя, тем больше у них шансов получить голоса избирателей.

Татьяна Ануприенко

Запись Франция перед выборами впервые появилась Рабкор.ру.

Противоречия Трампа

Дональд Трамп © Win McNamee/Getty Images

Начало президентства Дональда Трампа меньше всего было похоже на медовый месяц первоначальной популярности, который пережили все предыдущие лидеры США. Острота и агрессивность дискуссии просто беспрецедентная. Либеральная общественность выплеснула всю свою ненависть, а патриотическая — свой восторг. Причем у нас в России мнения разделились примерно по тем же линиям, что и в Америке.

Куда сложнее ситуация среди левых. В то время как одни подобно хорошо обученным попугаям повторяют тезисы либеральной пропаганды, страстно цитируя CNN и «New York Times», другие, как минимум, испытывают некоторое злорадство по поводу крушения Демократической партии и отказа Содиненных Штатов от договоров о свободной торговле. Однако даже в этом случае дискуссия за редкими исключениями не выходит за пределы вопроса о том, нравится нам или не нравится 45-й президент США и принимаемые им решения.

Для того, чтобы понять перспективы правления Дональда Трампа, нам нужны не оценки его личности и даже его действий, а анализ разворачивающегося перед нами процесса. Между тем решения нового президента свидетельствуют о крайней противоречивости его политики. Сам Трамп и его окружение, возможно, ещё не осознали масштабы проблемы, но дальнейший ход событий вынудит их это сделать.

Колебания сенатора Берни Сандерса, который то высказывает одобрение решениям Белого Дома, то обрушивается с яростной критикой на его хозяина, по-своему показательны.

В самом деле, ряд действий и заявлений Дональда Трампа ставят его в один ряд с антиглобалистами, протестовавшими в Сиэтле в 1999 году.

Но тут же другие его решения и высказывания совершенно однозначно маркируют президента не просто как консерватора, но как сторонника свободного рынка и либеральных экономических доктрин.

С одной стороны, Трамп отменяет соглашение о Тихоокеанском партнерстве и пересматривает договор о Севроамерикнской зоне свободной торговли, воплотившие принципы неолибрализма. Он ругает НАТО, говорит о всеобщем медицинском страховании по канадскому образцу, призывает снизить цены на лекарства. Президент встречается в Белом доме с профсоюзными деятелями и обсуждает совместные усилия, направленные на создание рабочих мест. Но буквально в те же дни президент отменяет ограничения и правила, регулирующие деятельность крупнейших банков Уолл-стрит, а переговоры по контролю над ценами медицинских препаратов оборачиваются обещанием понизить налоги для компаний-производителей.

Назначение министром образования (education secretary) Бетси ДеВос и вовсе выглядит скандалом. И не только из-за её консервативных взглядов, но и из-за того, что руководить школами поставили даму, находящуюся в острейшем конфликте с профессиональным сообществом — как это вяжется с обещанием Трампа вернуть власть народу?

С точки зрения самого Трампа здесь, скорее всего, нет никакого противречия. У Бетси Де Вос взаимная ненависть с учителями, зато имеется взаимопонимание с наиболее дремучей частью родителей, уверенных, что чем меньше дети узнают в школе, тем будет лучше для них.

Президент, как и большинство его избирателей, не верит в глобальное потепление, зато верит в свободный рынок и низкие налоги. В то же время он считает, что американский внутренний рынок надо защищать от недобросовестных иностранных конкурентов. Попросту говоря, либерализм для «своих», протекционизм для «чужих».

И ведь именно так развивался американский капитализм в первой трети ХХ века!

Увы, времена изменились. Транснациональный капитал, сложившийся к концу ХХ столетия, изменил правила игры не только на глобальном, но и на внутрннем рынке. Именно эти новые правила и привели мир к нынешнему системному кризису. Крушение неолиберального миропорядка является стихийным и естественным процессом, порожденным его собственной, саморазрушающей логикой, а отнюдь не идеологическими представлениями антиглобалистов или Трмпа. Этот процесс распада начался ещё до прихода нынешнего президента в Белый дом, и сама победа Трампа является следствием кризиса, уже в полной мере развернувшегося и проникшего во все поры общества. Нравится это или не нравится либеральным интеллигентам в Лондоне, Москве и Нью-Йорке, этот распад необратим. В 2016 году политика синхронизировалась с экономикой.

Принципиальное отличие 45-го президента США от его либеральных соперников состоит не в том, что он не верит в глобализацию, а в том, что он отдает себе отчет в её крахе, и потому пытается не спасать разрушающуюся систему, но стремится выстраивать новую политику исходя из новой реальности. Вопрос в том, в каком направлении он пойдет.

Если распад старой системы является до известной степени стихийным процессом, по крайней мере — на экономическом уровне, то формирование нового общественного прядка происходит далеко не автоматически. Намереваясь пересмотреть правила игры, Трамп сталкивается с необходимостью провести в жизнь собственную позитивную программу. И тут он неминуемо сталкивается с объективным противоречием интересов между разными социальными и экономическими группами, заинтересованными в переменах.

Последовательное проведение протекционистской политики, направленной на восстановление и отвоевывание внутреннего рынка, не будет эффективно без мер по регулированию и реконструкции самой американской экономики.

Можно сколько угодно призывать к проведению реиндустриализации США на основе рыночных принципов, однако эти принципы объективно не работают на решение данной задачи.

Если бы ситуация была иной, то не только задача была бы уже более или менее решена, но и сам Трамп вряд ли имел бы шанс занять Овальный кабинет в Белом доме.

Попытка пополнять бюджет за счет импортных пошлин, одновременно сокращая налоги, поощрять производство, не снижая прибыли финансовых корпораций и повышать зарплату рабочих, не затрагивая интересов предпринимателей, рано или поздно приведет экономическую политику президента США в логический тупик, выйти из которого будет невозможно, не сделав политического выбора в пользу той или иной стороны. Противоречия только усугубятся по мере того, как правительству придется принимать решения по вопросам внешней политики, провоцируя разногласия и кризисы уже внутри администрации.

По сути противоречия политики Трампа отражают противоречия широкой межклассовой коалиции, которая привела его в Белый Дом. Что бы ни говорили либеральные публицисты, он выиграл выборы именно голосами рабочих. Не так называемых «белых мужчин», а именно рабочего класса, открыто и в значительной мере солидарно выступившего против столичного истблишмента. В значительной мере его избирательная кампания воспроизводила идеи и лозунги левых. Республиканского кандидата поддержали фермеры, мелкие служащие и провинциальная интллигенция. Это действительно было восстанием забытой и обиженной провинциальной Америки против обогатившихся за счет труда мигрантов избалованных жителей Калифорнии, чиновников-космополитов из Вашингтона, против либеральной элиты, давно уже повернувшейся спиной к собственной стране.

Только сам Дональд Трамп никак не рабочий и не фермер. Он и его окружение являются весьма типичными представителями среднего американского капитала, привязанного к внутреннему рынку и находящегося в конфликте с траснациональными корпорациями.

Все поддержавшие его группы в равной степени были обижены и унижены политикой, которую проводили столичные либералы, заинтересованы в пересмотре этой политики. Им всем нужен протекционизм. Но на этом пункте их единство заканчивается. В позитивной части программы интересы классов и групп, приведших Трампа в Белый дом, отнюдь не совпадают.

С одной стороны, способность объединять вокруг одного лидера или партии широкую межклассовую коалицию всегда была основным источником силы популистских движений. С другой стороны, объективные противоречия классовых интересов неизменно оказывались для них камнем преткновения. В долгосрочной перспективе успех, а зачастую и физическое выживание популистских лидеров всегда зависели от того, смогут ли они, меняя конфигурацию и маневрируя, удержать взглавляемый ими блок от распада? Смогут ли переформировать его на ходу, делая выбор в пользу тех сил, на которые нужно поставить в данный момент? Рано или поздно придется не только поддержать одну часть своих сторонников против других, но и пожертвовать многими из своих политических друзей, а порой даже интересами своего класса.

Именно такой выбор неминуемо предстоит Дональду Трампу. В зависимости от того, когда, как и в чью пользу он его сделает, опредлится не только место 45-президента в истории США, но и его дальнейшая личная судьба, которая может оказаться более чем драматичной. Политический и институциональный кризис американского общества зашел слишком далеко. Страна расколота, а старый порядок, к которому призывают вернуться либералы, не только уже не восстановим, но получает всё новые удары день ото дня. И сами организаторы либеральной оппозиционной кампании добивают собственными действиями те общественные институты, на которые ранее опиралась их власть.

Для того, чтобы избавиться от Трампа, им необходим государственный переворот. Независимо от того, будет этот сценарий испробован в жестком (насильственном) или мягком (импичмент) варианте, это будет сильнейшим ударом по институтам американской демократии.

Можно с большим основанием предположить, что историческая миссия Трампа состоит в разрушении существующего либерального порядка. Позитивную работу выполнят уже другие политики и общественные движения. Но сами эти движения и лидеры сформируются именно борьбой, которая разворачивается сегодня. И то, как это произойдет, зависит именно от судьбы Трампа и хода начатых им преобразований.

Институциональный кризис, подрывая сложившуюся в США двухпартийную систему и господство вашингтонского истеблишмента, создает для левых перспективы участия в серьезной политике. О масштабе открывающихся возможностей говорит внезапный успех Берни Сандерса на праймериз 2016 года. Но эти возможности удастся использовать лишь в одном случае — если левые не дадут либеральным кругам превратит себя в политическую массовку для защиты гибнущего порядка. В противном случае им предстоит пойти на дно вместе.

Запись Противоречия Трампа впервые появилась Рабкор.ру.

Активисты провели серию одиночных пикетов за сохранение университетских традиций СПбГУ

Одна из острых проблем современного Санкт-Петербурга – это ситуация, сложившаяся с образованием, наукой и положением преподавателей и других сотрудников в Санкт-Петербургском государственном университете в результате разрушительной антидемократической политики администрации ректора Кропачева.

В частности, это – методичное и планомерное уничтожение факультетов, научных школ, классического образования в Санкт-Петербургском государственном Университете, увольнение ведущих и любимых студентами преподавателей действующей администрацией, нарушение прав студентов на качественное образование. Особенно остро эти проблемы коснулись естественнонаучных факультетов.

Активисты, выступающие за сохранение и возрождение университетских традиций при поддержке ППО СПбГУ «Университетская солидарность»11 февраля провели серию одиночных пикетов перед зданием Двенадцати коллегий (УНИВЕРСИТЕТСКАЯ НАБ., Д.7/9) и Манежа Кадетского корпуса (УНИВЕРСИТЕТСКАЯ НАБ., Д.13) в преддверии начала работы официозного мероприятия СПбГУ, так называемого “Реюниона” — мероприятии, на котором планировалось представить общественности “Потёмкинскую деревню” достижений СПбГУ.

Однако на этом мероприятии, конечно же, ни слова не было сказано о подлинных проблемах Университета:

  • Непомерно раздутой администрации;
  • Полном удушении и отсутствии в современном СПбГУ демократии;
  • Сокращении образовательных программ;
  • «рейтингобесии» с зарубежными наукометрическими базами;
  • Административном преследовании сотрудников (вплоть до увольнения), несогласных с «эффективными менеджерами», их взглядами на перспективы развития СПбГУ;
  • Снижении качества образования;
  • Краткосрочных трудовых договорах преподавателей;
  • Унизительной в реальности схемы оплаты труда преподавателей и т.д.

Одними из основных лейтмотивов проведенных пикетов был протест против репрессивной кадровой политики вуза и уничтожения университетской демократии посредством превращения факультетов Университета в так называемые «институты». Пикетчики разоблачили тотальную ложь администрации СПбГУ о якобы высоких зарплатах научно-педагогического персонала вуза. По всем должностям реально существующие зарплаты в реляциях администрации завышены в 2-4 раза. Активисты потребовали от администрации прекратить репрессии против сотрудников, отменить решение ангажированной «Комиссии для изучения вопроса о создании Факультета географии и геоэкологии СПбГУ» и создать Факультета географии и геоэкологии, прекратить лгать о высоких зарплатах и начать выплачивать действительно достойные зарплаты преподавателям, провести демократические выборы ректора СПбГУ.

Запись Активисты провели серию одиночных пикетов за сохранение университетских традиций СПбГУ впервые появилась Рабкор.ру.

Запрет на въезд мусульман стал одним из самых популярных указов Трампа

55% американских избирателей поддерживают указ президента США Дональда Трампа, на несколько месяцев закрывший страну для беженцев и мигрантов в из семи мусульманских стран. Согласно данным опросов, 35% респондентов выразили горячую поддержку такому решению, в то время как категорически против высказались лишь 38%.

Среди республиканцев одобрили указ 82% респондентов, среди демократов против высказались 65%.Единственным указом, оказавшимся даже более популярным чем этот среди населения, оказалась отмена федерального финансирования так называемых «городов-убежищ» для иммигрантов. Этот указ получил поддержку 55% при неодобрении 33%.

27 января президент США Дональд Трамп подписал  указ, на несколько месяцев закрывший страну для беженцев и законных путешественников из семи мусульманских стран. Трампа критикуют в стране и за пределами, на него подал в суд генеральный прокурор Вашингтона при поддержке Amazon и Microsoft, по всей стране прошли акции протеста.

За несколько дней, прошедших после подписания указа, федеральные судья в четырех американских штатах удовлетворили иск Американского союза защиты гражданских свобод (ACLU) о введении временного судебного запрета на депортацию людей, задержанных в аэропортах США, обратно на родину.

Запись Запрет на въезд мусульман стал одним из самых популярных указов Трампа впервые появилась Рабкор.ру.

Культ национальной культуры: постсоветское клише

Проблемы национально-культурной политики с каждым годом подтверждают свою актуальность, особенно в условиях культурной глобализации. Безусловно, в данной статье не удастся полностью описать все примеры национально-культурной политики на постсоветском пространстве, но выделить общие закономерности и оценить тренд мне представляется возможным.

Для начала необходимо определиться с терминологией, то есть с самим понятием «нация». Оставив в стороне вопрос о происхождении наций, сосредоточимся на современных подходах к этому излюбленному многими термину.

  • Нации как политические общности.

Те, кто считает нацию исключительно политическим организмом, отличитель­ным ее признаком видят не культурную общность, а гражданские связи и вообще присущую ей политическую специфику. Нация в этой традиции предстает общно­стью людей, связанных между собой гражданством вне какой бы то ни было зави­симости от культурной или этнической принадлежности. Считается, что такой взгляд на нацию восходит к Жан-Жаку Руссо – философу, в котором многие усматрива­ют «прародителя» современного национализма. Хотя Руссо специально не касался ни национального вопроса, ни самого феномена национализма, его размышления о суверенитете народа и особенно идея «общей воли» и посеяли те семена, из которых затем взросли националисти­ческие доктрины Французской революции.

Классическими же примерами современных политических наций считаются Великобри­тания, США и Франция.

  • Нации как этнические общности.

Идея о том, что нация прежде всего и главным образом являет собой этничес­кую и культурную общность, справедливо считается «первичной» концепцией на­ции. Своими корнями эта идея уходит в Германию XVIII в. к работам Гердера и Фихте. Согласно Гердеру, характер всякой нации определяется такими факторами, как природная среда, климат и физическая гео­графия, факторами, формирующими и стиль жизни, и трудовые привычки, и предпочтения, и творческие наклонности людей. Превыше всего Гердер ставил фактор языка; в нем он видел воплощение характерных для народа традиций и его исторической памяти.

На основании этих двух подходов мы можем выделить и два основных типа государственного национализма, распространенного на постсоветском пространстве: гражданский и этнический. На основании данной типологии можно сложить определённую картину в том или ином регионе бывшего СССР. Конечно, c научной точки зрения будет некорректно рассматривать национальную политику в совокупности с религиозной и культурной, но, учитывая сам публицистический формат, подобное сочетание вполне допустимо.

Касательно современного положения именно в России, можно принять во внимание тот факт, что большинство представителей либеральной общественности, да и, в общем, многие иные деятели искренне считают, что все национальные, культурные и религиозные процессы в нашей стране уникальны и происходят лишь из-за «своеобразных» взглядов правящей в стране верхушки. И главное, что, приди к власти другая элита, все идеологемы моментально исчезнут. На деле же весь этот комплекс проводимых мер весьма типичен для всего постсоветского пространства. Какой бы регион бывшего Советского Союза мы ни взяли, везде увидим примерно похожие картины. Этнологи, касаясь подобной тематики, применяют термин «национальное строительство».

Однако уместнее будет использовать название с присутствием слова «культ», дабы подчеркнуть особенность национально-культурной политики большинства постсоветских государств и их отличие от остального мира.

Так что же представляет собой политика культа национальной культуры?

Зачатки подобной политики можно обнаружить ещё в конце восьмидесятых годов, на фоне политического кризиса КПСС. Доказательством этому служит тот факт, что большинство будущих проводников подобной политики в своих странах — это бывшие первые секретари республиканских компартий.

Идеологией продвижения политики культа национальной культуры, конечно же, стал национал-консерватизм. Если мы и сейчас обратим внимание на политическую окраску стран СНГ, то увидим присутствие большинства политических сил именно национал-консервативного направления, декларируемого как патриотизм.

Конечно, обобщение всех примеров подобной политики неприемлемо, однако, несмотря на различия, выделить общие закономерности можно:

  • Отрицательное отношение к советскому строю и трактовка этого периода истории как поворот назад (или же оккупация).
  • Иллюстрация «преемственности» нового государства от старого дореволюционного, досоветского или же вообще древнего царства или княжества.
  • Создание культов личности неких национальных или религиозных деятелей прошлого: Пётр Столыпин, Мирзо Улугбек, Кайхосро Чолокашвили и т. д. Воспевание также и борцов с советской властью.
  • Массовый всплеск религиозности и мракобесия, осуждение «гонений на религию» в СССР и в ряде случаев, процессы клерикализации.
  • Расцвет любви к традиционализму и идеализация древности (духовные скрепы, бороды и вышиванки).

Практически во всех постсоветских странах данная политика проводилась, а в некоторых проводится и сейчас, за исключением разве что Беларуси. В остальных же странах бывшего СССР политика национального культа приобретала разные формы реализации. К сожалению, в силу формата небольшой статьи охватить всё постсоветское пространство не получится. Поэтому мы ограничимся лишь наиболее яркими и известными примерами.

В Среднеазиатском регионе наиболее показательными примерами являются Узбекистан и Казахстан. Роднит эти два государства сейчас очень многое. Особенно то, что весьма долгое время их возглавляли бывшие первые секретари республиканских компартий: Нурсултан Назарбаев и Ислам Каримов (первый является президентом до сих пор). Данные страны характерны отсутствием изменений в рамках политики культа национальной культуры. Связано это с откровенно диктаторским характером обоих государств (практически и не маскирующимся).

В Узбекистане власть с самого начала носила подобный характер, что выразилось в запрете даже маленькой Коммунистической партии Узбекистана, которая и мест-то в парламенте не имела.

Власти этой страны вообще считают своим долгом искоренить всякое упоминание о советском периоде. Довольно иронично, что при этом сам бывший многолетний глава этой республики состоял в компартии большую часть своей жизни.

Кстати, декоммунизация в Узбекистане идет намного активнее, чем даже на Украине, учитывая, что переименовывают объекты, названные даже не в честь революционеров или политических деятелей советской эпохи, а просто учёных и деятелей культуры, живших в то время.

Нельзя обойти вниманием и тотальную исламизацию всего узбекского общества. И хотя республика по законодательству светская, клерикализацию это не останавливает. По телевидению и в остальных СМИ идёт открытая религиозная пропаганда, а в университетах закрывают факультеты и кафедры, оправдывая это «разрушением духовных и национальных традиций» (так например была запрещена узбекская политология). Исламизация коснулась и вопроса равноправия полов, вопроса, который и во все времена раздражал исламистов. Что тут сказать, сексизм и патриархат в Узбекистане процветают, особенно это касается вопроса выезда за рубеж молодых девушек.

Что же касается национализма, то современный Узбекистан трудно назвать многонациональным государством (узбеки составляют около 78%), поэтому с пропагандой этнического национализма в этой стране практически никаких затруднений нет.

В назарбаевском Казахстане национальный культ, конечно, не такой тёмный, но тем не менее общих черт с узбекским у него предостаточно. Казахское духовное управление мусульман разработало концепцию религиозного образования до 2020 года.

Образование будет по сути религиозным, и это не один урок вроде «Основ православной культуры», а именно религиозная пропаганда, промывание мозгов с ранних лет.

Власти вообще наивно полагают, что это неплохая профилактика экстремизма – пропаганда исламизма.

Рассматривая непосредственно современную Россию, нужно признать, что с этническим национализмом у нас в стране действительно идёт тотальная борьба. Огромное число его известных представителей находятся в местах лишения свободы или находились там в своё время. Объяснение здесь довольно простое, для многонациональной России с её национальными краями и республиками, этнонационализм действительно вещь разрушительная, чего не скажешь о гражданском национализме, который, по иронии, никто так не называет. Гражданский национализм, декларируемый как патриотизм, настолько работающая в России вещь, что его элементы мы можем найти частично в программах большинства российских политических партий (даже оппозиционных).

Надо понять, что с самого начала культ национальной культуры в России не мог быть таким же, как в других независимых республиках. Потому как даже в советскую эпоху РСФСР всё равно играла ключевую роль, и трактовать то время как оккупацию власти попросту не могли. Поэтому весьма закономерно родилась идеологема о «России, которую мы потеряли». Идеализация Российской империи и Древней Руси — весьма известный идеологический штамп, и если в плане клерикализации, традиционализма и культа национальных героев РФ в принципе от стран СНГ не отличается, то с антисоветизмом отдельная история. Дело в том, что откровенно чистого антисоветизма в России нет, потому что властью Советский Союз позиционируется как продолжение «Русского государства». При этом Октябрьская революция и революционеры оцениваются властью негативно, и объекты, названные в их честь, часто переименовываются, но подобное не распространяется на весь СССР в целом.

В качестве сравнения похожих типов, на мой взгляд, идеально подойдут такие страны, как Грузия и Украина.

Грузия стала одной из немногих бывших советских республик, где после распада СССР к власти пришёл не партийный работник, а представитель диссидентского движения, а конкретно его правого крыла. Грузинский этнонационалист Звиад Гамсахурдия, хоть и недолго находился у власти, но оказался лично повинен в межэтнической и гражданской войнах, однако был быстро свергнут и убит. За время правления он попросту не успел воплотить в жизнь собственные идеалы, чего в последующем избегал пришедший к власти бывший член Политбюро ЦК КПСС Эдуард Шеварднадзе. Однако по-настоящему насыщенной политике подобного рода положил начало небезызвестный Михаил Саакашвили.

Грузинскому антисоветизму при Саакашвили могли позавидовать очень многие вандалы своего времени. При нём не только переименовывались улицы, проспекты и площади или открывались музеи «Российской и советской оккупации», но и сносились даже монументы в честь ветеранов Великой Отечественной войны. Грузинский клерикализм также расцвёл в эпоху Саакашвили.

Кстати довольно иронично, что, жалуясь сейчас на политические репрессии в отношении себя, данный сударь в своё время запретил критикующую его действия Единую коммунистическую партию Грузии (ЕКПГ), которая политического влияния не имела вообще никакого.

В итоге Грузинский национальный культ весьма типичен для постсоветского пространства, однако после потери власти самим Саакашвили и его партией подобная политика в Грузии претерпела существенный сдвиг в сторону тотальной либерализации. В настоящее время весьма трудно говорить о каком-либо этническом национализме со стороны грузинских властей.

Главной особенностью украинского же культа национальной культуры является то, что подобная политика проводится в данной стране уже в третий раз. Первая попытка была в эпоху Кравчука, однако полноценно этот культ развился при Ющенко. Именно тогда были первые попытки героизации бойцов УПА-ОУН, появились исследования на тему «голодомора тридцатых годов» и т. д. Впрочем даже тогда это носило декоративный характер. Политика же абсолютного культа национальной культуры, конечно же, появилась на Украине после Майдана.

1) Антисоветизм на Украине максимальный, чего только стоит закон о «декоммунизации».

2) Преемственность иллюстрируется не только от петлюровской Украины, но и от времён Мазепы и т. д. Так же откровенно выдумываются героические события и трактуются только как часть независимой Украины.

3) Героизируется на Украине, как видно, каждый, кто сказал про СССР хоть одно плохое слово. Создаются культы бойцов УПА-ОУН, а некоторые незначительные личности возводятся в ранг выдающихся.

4) Нынешней украинской клерикализации вполне может позавидовать РПЦ (особенно случаи с попами-депутатами).

5) Традиционализм на Украине также цветёт, одни вышиванки чего стоят.

Украинская правящая элита, как мне кажется, сделала тотальную ошибку в своей ставке на этнонационализм.

В рамках украинской действительности этнический национализм просто неэффективен.

Учитывая, какой значительный процент населения Украины говорит не на украинском языке, очевидно, что в случае навязывания строго единых догм этничности национально-этнических конфликтов не избежать, чему мы и стали свидетелями.

Подводя итог, следует подчеркнуть, что политика культа национальной культуры является вполне типичной культурно-национальной реакцией на реставрацию капитализма на постсоветском пространстве. И весьма наивно полагать, что все эти моменты — лишь проделки злых политиков, ведь мы с вами живые свидетели того, что даже при полной смене политической элиты подобная политика может не прекратиться, а наоборот усилиться.

Запись Культ национальной культуры: постсоветское клише впервые появилась Рабкор.ру.

Несостоявшийся вождь

Александр Керенский © oursociety.ru

Приближается столетний юбилей события в истории России, которое в учебниках называлось Февральской буржуазно-демократической революцией, но в советские времена, за исключением первых лет Советской власти, оказывалось в тени последующего события, которое именовалось Великой Октябрьской социалистической революцией. Несмотря на то, что годовщина Октябрьской революции как главный государственный праздник страны, отмечавшийся седьмого ноября (двадцать пятого октября по старому стилю), уже вычеркнут из праздничного календаря, никому не удастся «отменить» ее значение в российской и мировой истории. Хотя сейчас пытаются «осудить» и февральскую революцию, причем не только консервативные публицисты, усматривающие в ней всего лишь трагическую случайность, которой легко можно было избежать, но и некоторые неокоммунисты, противопоставляющие «разрушительный» Февраль «созидательному» в смысле государственного строительства Октябрю.

Февральская революция всегда будет ассоциироваться с именем человека, возглавлявшего Временное правительство и претендовавшего на роль общенационального революционного лидера, способного объединить все антимонархические силы в обществе в условиях продолжавшейся мировой войны.

Его называли «вождем свободы» и «сыном Великой революции», писатель Александр Куприн даже употребил выражение «солнце народное».

13 июня 1970 года Центральный орган КПСС – газета «Правда» опубликовала следующее краткое сообщение ТАСС: «Смерть Керенского. Вчера в Нью-Йорке на 90-м году жизни умер бывший глава буржуазного Временного правительства России Керенский». Никаких оценок и даже имени и отчества в тексте не было.

Александр Федорович Керенский родился 22 апреля 1881 года в дворянской семье в Симбирске (ныне Ульяновск), где родился тоже 22 апреля, но 1870 года и его удачливый политический соперник Владимир Ульянов (Ленин). Александр Керенский был знаменитым адвокатом и политическим деятелем, получившим широкую известность в стране задолго до свержения самодержавия в феврале 1917 года. В период революции 1905 года он входил в созданный петербургской коллегией адвокатов Комитет по оказанию помощи жертвам Кровавого воскресенья (расстрела царскими войсками мирного шествия рабочих к Зимнему дворцу).

В 1906 году стал известен как защитник по делу крестьян в Ревеле (Таллин), разграбивших поместье местного барона. Выступал защитником на многих политических процессах, в том числе по делу революционной армянской партии Дашнакцутюн в 1911 году и в 1915 году – по делу большевиков-депутатов IV Государственной Думы, занимавших антивоенную позицию. Был инициатором резолюции протеста, принятой коллегией адвокатов Петербурга против фальсифицированного антисемитского судебного дела М. Бейлиса в 1913 году, за что приговорен к тюремному заключению.

В 1912 году стал депутатом IV Государственной Думы, руководил депутатской комиссией по расследованию событий на золотых приисках в Сибири (Ленский расстрел), в 1915 году возглавил фракцию Трудовой группы (трудовиков), представлявшую народнические взгляды, и приобрел большую известность как радикальный оппозиционный оратор. Достаточно сказать, что императрица Александра Федоровна говорила своему венценосному супругу: «Керенского за такие речи надо повесить».

Керенский стал одним из наиболее ярких публичных лидеров Февральской революции, которая началась 23 февраля и во многом носила стихийный характер. Как писал Лев Троцкий в «Истории русской революции»:

«Накануне никому в голову не приходило, женский день может стать первым днем революции. Ни одна из организаций не призывала в этот день к стачкам».

Керенский был избран заместителем председателя исполкома Петроградского совета рабочих и солдатских депутатов (председатель – меньшевик Н. Чхеидзе), занимал посты министра юстиции, военного и морского министра в правительстве князя Георгия Львова. По словам историка Сергея Мельгунова, имя Керенского «производило магическое впечатление на толпу» и он сделался «романтическим героем революции». После июльского правительственного кризиса стал министром-председателем второго коалиционного Временного правительства с участием кадетов и умеренных социалистов (трудовиков, народных социалистов, меньшевиков и эсеров).

Советские историки называли правительство Керенского буржуазным, тогда как на самом деле оно носило коалиционный характер, а сам Керенский после февральской революции стал членом партии эсеров.

На этом посту Керенский, пользовавшийся в начале революции огромной популярностью, стремился объединить все антимонархические и демократические силы страны от либералов до социалистов в условиях продолжавшейся первой мировой войны. Однако насколько возможно было такое объединение в период радикализации революции, обострения классовых противоречий и чудовищной усталости народа от затяжной войны? Во многих странах в условиях военной угрозы сплачиваются самые разные политические силы исходя из соображений патриотического порядка. Но в ситуации революционного брожения, естественной слабости новой демократической власти и явно завышенных ожиданий общества попытка объединить расколотую страну и довести ее до избрания Учредительного собрания и успешного окончания мировой войны оказалась невыполнимой.

В исторической публицистике существует устоявшееся мнение, что Временное правительство ничего не сделало для народа, поэтому и было свергнуто большевиками, получившими поддержку классовых органов трудящихся – Советов рабочих и солдатских, а затем и крестьянских депутатов. Что же в действительности удалось сделать Временному правительству за очень короткий срок пребывания у власти? Была объявлена политическая амнистия, отменена цензура, упразднен департамент полиции и охранные отделения (органы политического сыска).

Февральская революция разгромила силы монархической реакции, а наиболее одиозные представители старого режима были заключены в Петропавловскую крепость.

Временное правительство провозгласило политические и гражданские свободы (свобода слова, печати, собраний и стачек) и уравняло всех граждан в правах путем отмены сословных, вероисповедных и национальных ограничений. Была реорганизована система снабжения страны с введением монополии на торговлю зерном и твердых цен на товары первой необходимости. Россия была провозглашена республикой, началась подготовка к созыву Учредительного собрания на началах всеобщего, равного и тайного голосования, проведены свободные выборы в органы местного самоуправления. Временное правительство признало независимость Польши, была восстановлена конституция Финляндии. Православная церковь обрела самостоятельность и смогла избрать патриарха. Неслучайно главный противник Временного правительства Ленин признавал, что Россия после февраля стала самой свободной страной.

Многие упрекают Временное правительство за то, что оно отложило важнейший вопрос русской революции – передачу помещичьей земли крестьянам до созыва Учредительного собрания. Лев Троцкий даже считал, что если бы вопрос о земле был решен Временным правительством, то большевики не смогли бы прийти к власти. Однако осуществлять передел земли в ходе войны было крайне затруднительно, и решение крестьянского вопроса всенародно избранным Учредительным собранием представлялось вполне логичным. В то же время, как отмечает историк Рой Медведев в работе «Русская революция: победа и поражение большевиков», «Керенский получил в июле громадные полномочья, но его деятельность была слишком хаотической и непоследовательной. У Временного правительства не имелось реального аппарата власти. Структуры царской власти рухнули, а какие-то новые структуры еще не сложились. Серьезной и сильной власти не имелось даже в столице».

Следует учитывать, что Временное правительство действовало в ходе нарастающего революционного хаоса и стремилось удержать страну от распада в условиях роста сепаратистских тенденций, в том числе в Финляндии и на Украине. В начале Временное правительство пыталось восстановить управление страной и армией в ситуации фактического двоевластия, находясь под контролем и давлением исполкома Петроградского Совета. Как писал историк Сергей Мельгунов, один из лидеров партии народных социалистов, в книге «Мартовские дни 1917 года», «Такое бытовое двоевластие, т. е. захват правительственных функций местными самочинными революционными организациями, прокатилось волной по всей России». Среди них были не только Советы, но и различные объединенные «Комитеты общественных организаций».

Единственным представителем Советов в первом составе Временного правительства, возглавляемого князем Георгием Львовым, был Керенский. Возникшие в ходе революции повсеместно органы революционной демократии – Советы рабочих, солдатских и крестьянских депутатов выражали чаяния трудовых классов. Первоначально в руководстве Советов преобладали представители социал-демократов (меньшевиков) и социалистов-революционеров. К началу августа умеренные социалисты, господствующие в Советах, заняли большинство министерских постов во Временном правительстве, которое возглавил Керенский, и таким образом в политическом смысле двоевластие закончилось.

Влияние Российской социал-демократической рабочей партии (большевиков), выступавшей против участия России в империалистической войне по мере ухудшения обстановки в стране и на германском фронте нарастало. Репрессии против партии большевиков после июльского правительственного кризиса и попытка арестовать их лидеров, обвинения в связях с немцами не помогли обезопасить Временное правительство от угрозы слева. Постепенно начался процесс большевизации Советов, а вскоре после провала выступления генерала Корнилова, в сентябре, председателем исполкома Петроградского совета был избран Лев Троцкий, ранее с группой социал-демократов (межрайонцев) присоединившийся к большевикам. Партия эсеров раскололась на левое и правое крыло. Левые эсеры во главе с Марией Спиридоновой поддержали курс большевиков на переход всей власти Советам, провозглашенный Владимиром Лениным в знаменитых «Апрельских тезисах».

Даже союзники Керенского из числа меньшевиков и эсеров были фактически против союза с буржуазными цензовыми элементами из партии кадетов.

Лидер правых эсеров Виктор Чернов, занимавший пост министра земледелия во Временном правительстве, считал, что необходимо было «перейти к более однородной власти с твердой рабоче-крестьянской, федералистской и пацифистской программой».

В рядах меньшевиков также существовали принципиальные расхождения. Меньшевики-оборонцы поддерживали правительственную коалицию умеренных социалистов с либеральной партией кадетов, а меньшевики-интернационалисты во главе с Юлием Мартовым были против участия социалистов в работе Временного правительства. По воспоминаниям Чернова, общераспространенное увлечение личностью А. Ф. Керенского быстро сменилось ее переоценкой. «В конце концов, роль его стала сводиться к балансированию между правым, национал-либеральным и левым, социалистическим крылом правительства».

А признанный лидер кадетов, занимавший пост министра иностранных дел в первом составе Временного правительства, Павел Милюков в книге «История второй русской революции», в свою очередь, отмечал, что умеренные социалисты занимали двусмысленную позицию, которая «погубила их во мнении рабочего класса и чрезвычайно усилила левый фланг русского социализма – большевизм». По словам Милюкова, выбор был между двумя борющимися флангами: «буржуазной диктатурой, стремившейся спасти что можно, для достижения внешней победы и для сохранения внутреннего мира, и социалистической утопией, увлекавшей массы чисто демагогическими лозунгами».

«Двусмысленное положение, занятое Керенским в борьбе между этими двумя флангами между Корниловым и Лениным, лишило его союзников и выдало его противникам», – утверждал Милюков.

Однако лично для Александра Керенского выбор между военной диктатурой генерала Корнилова и революционными Советами был абсолютно неприемлем. К тому же Александр Федорович искренне считал себя вождем победившей революции и вовсе не собирался быть ее душителем. Именно поэтому Керенский не поддержал в конечном итоге выступление генерала Корнилова, назначенного верховным главнокомандующим, в августе 1917-го, угрожавшего не только его собственной власти, но и демократическим завоеваниям Февральской революции в целом.

Партия конституционных демократов (кадетов) занимала наиболее жесткую позицию по вопросу единства государства и ратовала за продолжение войны до победного конца на согласованных с союзниками (Англией и Францией) условиях. Ради этого правое крыло кадетов готово было пойти на создание временного авторитарного правления с участием военных. За известную фразу о черноморских проливах – «Дарданеллы должны быть русскими» – министра иностранных дел Милюкова даже прозвали Дарданелльским. В противовес этому курсу все социалистические партии требовали отказа от политики «аннексий и контрибуций», тогда как Керенский выступал за придание войне со стороны России нового революционного характера и защиты завоеваний Февральской революции. Керенский стремился стать лидером бонапартистского типа, проводящим надклассовую политику в условиях внешней угрозы, однако вряд ли обладал достаточными для этого качествами, хотя и был популярным и ярким оратором. По мнению Керенского, в сложившихся условиях «отказ от принципа власти, стоящей выше партий, представляющей все классы страны означал немедленную гражданскую войну внутри страны и сепаратный мир на фронте».

Будучи в эмиграции, подводя итоги революционных событий 1917 года, Павел Милюков пришел к выводу, что «революция не может остановиться на середине. Только тогда она успокаивается на социальных и политических достижениях, не допускающих реставрации и не имеющих связи с прошлым». Сам Керенский в своей книге «Русская революция 1917» трактовал октябрьскую революцию, лишившую его власти, как «реакционный государственный переворот», покончивший с завоеванными в феврале демократическими свободами.

Если в Советском Союзе был популярен миф о Керенском, сбежавшем в женском платье, то современные исторические публицисты консервативного направления пытаются представить деятельность Александра Керенского (в духе теории заговора) как действия «американского агента», якобы сознательно сдавшего власть большевикам.

Александр Керенский был трагической фигурой и во многом морально опередил свое время. В революционные дни Февраля, когда толпа хотела учинить самосуд над некоторыми царскими министрами, он лично спас от расправы бывшего военного министра генерала Сухомлинова. Он тогда с пафосом заявил, что русская революция не проливает крови. К сожалению, Керенский оказался плохим пророком.

Запись Несостоявшийся вождь впервые появилась Рабкор.ру.

Евразийский путь как консервативная реакция

© eurasian-movement.ru

В связи со значительным успехом многих правых политических движений в Европе, на мой взгляд, стоит обратить внимание и на отечественных теоретиков аналогичных воззрений. Среди оных заметно выделяется А. Г. Дугин. Его идеи до сих пор порождают ожесточенные дискуссии, но нельзя не отметить, что на общем фоне российских идеологов Александр Гелиевич вызывает наиболее разнообразные оценки как в научном, так и в публицистическом пространстве.

Именно поэтому столь актуален интерес к его работам, где он описывает собственный проект «неоевразийства» и рассматривает его через определенные блоки: политические, экономические, национальные и т. д. Буквально на первых страницах одной из своих книг «Евразийский путь как национальная идея» автор подвергает критике концепцию отсутствия «общеобязательной идеологии», трактуя ее как проявление «нигилизма» и западно-либеральных стандартов. Альтернативой отсутствию идеи он видит евразийскую концепцию, закрепленную в основном законе страны. Здесь стоит уточнить, что идея «евразийства» рассматривается Дугиным не как четкая структурированная политическая идеология, а как обширная система ценностей, включающая определенные политические течения. Отталкиваясь от данного тезиса, можно проследить, что автор вообще трактует любые политические движения в истории России как некую разновидность евразийской интеграции (с левой и правой части политического спектра).

Для более детального рассмотрения его идей мы предлагаем провести анализ на основе трех тематических составляющих его работ.

  • Историческая метафизика

Первый раздел посвящен авторской интерпретации российской истории, в сравнительной аналогии с сегодняшним днем. Здесь отчетливо можно проследить метафизический подход к таким феноменам как «национальное самосознание». К примеру, c точки зрения автора, русскому народу с момента принятия христианства всегда было присуще православное мироощущение и оно неизменно. Даже во времена советской власти русский народ не переставал быть православным. Здесь остается непонятным, почему Александр Гелиевич не признает никакого развития религиозной составляющей.

Ведь очевидно, что если провести аналогию между православным крестьянином из XIV века и современным сельским жителем из XXI века, то в религиозном мировоззрении найти общие точки соприкосновения будет довольно трудно.

Также остается непонятным, почему Дугин игнорирует распространенность религии в том же западном мире. Например, в США число прихожан, посещающих церковные службы, довольно велико. Можно предположить, что автор пытается показать конфликт некого «материалистического Запада» и «духовной России» или даже заявить, что для народа России материальное благополучие никогда не было главным стимулом. Здесь всецело игнорируются экономические особенности развития российского государства, развитие капитализма и института частной собственности. Что до чрезмерного стремления к материальным ценностям, то это характерно для так называемого «общества потребления», которое вовсе не является чисто западно-культурным феноменом.

В большинстве своих работ А. Г. Дугин не раз повторяет, что у России свой собственный путь развития, который нельзя мерить иностранными стандартами. Здесь автор четко демонстрирует приверженность идеям «славянофильства». Подобные идеи подвергались критике еще в XIX веке, но конкретно сейчас, в условиях глобализации, подобные воззрения вызывают скорее простое недоумение.

  • Географически-цивилизационный подход

Здесь Дугин концентрируется на трактовке международных отношений в современном мире. Первоначально он описывает конфликт России и Запада как противостояние цивилизаций (Атлантической и Евразийской), и тут его концепция очень напоминает работу Хантингтона «Столкновение цивилизаций». Однако, в отличие от американского политолога, Дугин комбинирует конфликт цивилизаций с геополитическими концепциями начала XX века, в особенности с теорией «Хартленд» Маккиндера.

Несмотря на то, что автор уделяет изрядное количество текста экономике, именно экономический аспект в международных отношениях Дугин предпочитает игнорировать. Во главу угла он ставит особенности западной культуры и идеологию либерализма как стремление к мировому господству.

Хоть А. Г. Дугин и пишет о своем критическом отношении к марксизму, тем не менее при анализе мировой политики он открыто ссылается на неомарксистскую теорию зависимого развития и мир-системный анализ. Автор подчеркивает эксплуатацию стран третьего мира со стороны ведущих держав, но вместо ликвидации капиталистической системы предлагает лишь перемену ролей, то есть смену стран центра с одних на другие.

  • Евразийская альтернатива

В качестве альтернативы господству Атлантической цивилизации во главе с США Дугин видит некий альянс с Россией во главе. Непонятным остается, почему он даже не рассматривает лидерство иного государства, к примеру, того же Китая. Также весьма интересно его описание необходимой политической и общественной жизни для осуществления Евразийского проекта. В качестве устройства национальной идеи Дугин предлагает консервативную революцию с дальнейшим демократическим устройством страны. Автор противопоставляет демократию либерализму, так как считает, что в нынешних странах Запада разрешенными политическими воззрениями считается правый либерализм и легкая социал-демократия. Здесь нужно учесть, что большая часть его значимых работ писалась задолго до успехов правопопулистских партий в некоторых странах Европы, но важнейшим здесь является то, что Дугин предлагает практически то же самое, но в рамках консервативного консенсуса.

По его мнению, ведущей политической идеей России должен стать социальный консерватизм (сочетание «левого» в экономике и «правого» в политике).

Остается непонятным, как в подобной форме будет работать демократия, учитывая еще и то, что автор не скрывает своих симпатий к широким полномочиям главы государства и говорит о них как об основе Евразийской интеграции.

Запись Евразийский путь как консервативная реакция впервые появилась Рабкор.ру.

Румынский вопрос

© AP/Scanpix

Георгий Коларов беседует с политологом Валентином Сегуру о природе антиправительственных выступлений в Бухаресте.

Какая предыстория и суть недавних протестов в центре Бухареста?

11 декабря 2016 г. в Румынии прошли парламентские выборы с довольно невысокой явкой: плюс-минус 40%. Победила Социал-демократическая партия (ПСД), получившая примерно 44,5%. Ей стал нужен младший партнер для образования правящего большинства. В ходе переговоров таковым стала партия Альянс либералов и демократов (АЛДЕ), получившая примерно 5,5%. Но у социал-демократов проблемы с вождями. У бывшего председателя Виктора Понта диссертация оказалась плагиатом. У нынешнего Ливиу Драгня еще хуже: его осудили на четыре года условно за махинации еще во время референдума против президента Траяна Бэсеску.

Каким образом тогда Ливиу Драгня собирался занять пост премьер-министра?

СПД, а фактически лично Ливиу Драгня выдвинул в председатели соратников, которым доверяет, чтобы те не отняли у него власть. Сначала, это была дама татарского происхождения и мусульманского вероисповедания Севил Шайдех. Но ее муж — сирийский гражданин, якобы сотрудничающий с режимом Башара Асада. Эту даму отверг президент Клаус Йоханнис, сам, как известно, по происхождению немец, местный, разумеется. Тогда Ливиу Драгня выдвинул своего более молодого коллегу: Сорина Гриндяну. Президенту пришлось его одобрить.

Однако, Ливиу Драгня все-таки прошел в Палату депутатов.

Непонятно, как далее Ливиу Драгня преодолел аналогичные, хотя и не столь строгие барьеры в Палате депутатов (ПД) и стал председателем ПД как лидер большинства. При этом сопредседатель младшего партнера АЛДЕ Кэлин Попеску-Тэричану, бывший когда-то премьером, был вновь избран председателем Сената. Собственно перед последними выборами 11 декабря 2016 г. он уже был председателем Сената.

И каким образом конкретно дошло до протестов?

Парламентское большинство, после того как выполнило свои предвыборные обещания по повышению минимальных зарплат, пенсий и др., решило заняться своими вождями. Был придуман законопроект по снятию с Ливиу Драгня судимости методом помилования. Но народ, как говорится, не дурак и все понял.

Как следствие, стоило Ливиу Драгня и Сорину Гриндяну вернуться с инаугурации Дональда Трампа в Румынию, как они увидели массовые уличные протесты против таких законопроектов.

К манифестации на определенном участке присоединился даже сам президент Клаус Йоханнис, который в своем сопутствующем выступлении (не на митинге, конечно) метал громы и молнии в адрес ПСД-АЛДЕ, которые, как он говорит, заманили избирателей своими обещаниями, а теперь занялись корыстными интересами и пр. Эта речь была приурочена к отмечаемой в 24 января очередной годовщины так называемого Малого объединения в 1859 г., когда Валахия-Мунтения и Молдова воссоединились в одно государство, названное позже Румыния.

Какова была реакция Ливиу Драгня?

Ливиу Драгня, в свою очередь, обвинил президента в организации очередной «минериады» – массовых протестов шахтеров в начале 90-х гг., приехавших в Бухарест и устроивших там уличное насилие. Президент в ответ пообещал организовать референдум, чтобы народ сам определил, согласен ли он с такими уловками правящего большинства.

В чем состояли обвинения Клауса Йоханниса и оправдания Ливиу Драгня и Сорина Гриндяну по этому казусу?

Президент Клаус Йоханнис осудил срочное постановление правительства по вопросу помилования и изменений в уголовном кодексе, направил в парламент запрос, которым задействует соответствующую статью в Конституции Румынии относительно проведения всенародного референдума о продолжении борьбы с коррупцией. Ливиу Драгня и Сорин Гриндяну сразу же отреагировали, что они тоже за борьбу с коррупцией и отнюдь не против референдума. Но, как известно, дьявол сидит в деталях. Все зависит от того, какой конкретно поставить на голосование вопрос. Об этом, видимо, и должны быть дебаты в парламенте.

Запись Румынский вопрос впервые появилась Рабкор.ру.

Ленин как политический журналист

Грядущий столетний юбилей Великой Октябрьской социалистической революции подогрел общественный интерес к фигуре её руководителя, основателя большевистской партии и Советского государства Владимира Ильича Ленина. О нём уже написаны и — наверняка! — ещё будут написаны тома, но в день памяти Ленина стоит обратиться в рамках небольшой заметки к теме сугубо специфической, но интересной и полезной нашим читателям, особенно тем из них, кто хочет мастерски владеть пером, письменным словом.

Разговор о Ленине как политическом журналисте мы поведем на примере его работ за 1912 – 1914 годы, когда усилиями Владимира Ильича заполнялись полосы газеты «Правда», где основатель большевизма чуть ли не в каждом номере выступал то в качестве обозревателя, то аналитика, то публициста, то рецензента. Выбор не случаен: в небольших по объему газетных статьях, а не фундаментальных научных трудах или популярных брошюрах авторская позиция заметна сразу, предстает перед читателями определеннее, а стилевые приёмы — нагляднее.

Политическая специфика момента была такова, что революционное слово в период поворота от столыпинской реакции к новому подъему рабочего движения стало на время для вождя большевистской фракции РСДРП главным революционным делом. Для человека, физически отрезанного условиями эмиграции от России, в эти годы печать явилась средством сохранения идейного влияния на партию и — через неё — на передовых пролетариев, возможностью налаживания действенных контактов с теми, кто на родине, находясь под гнётом проклятого царизма, боролся за освобождение трудящихся от ига самодержавия, мракобесия православных церковников и эксплуатации со стороны помещиков и капиталистов.

Наконец, в газетных текстах очень рельефно, выпукло проявились и многие особенности личности Владимира Ильича: терпение в разъяснении своей позиции, тактичность по отношению к своим сторонникам, реальным и потенциальным.

Начитанность и огромный интеллект политического мыслителя прекрасно сочетались у него с гибким и острым умом явно полемического склада. Не случайно именно Ленину принадлежит мысль о том, что «нельзя развивать новых взглядов иначе, как полемически». При этом полемика основателя большевизма доказательна и аргументирована, это не ругань, присущая буржуазным журналистам, задача которых «перекричать, не дать выслушать правды, залить всё потоком брани и выкриков».

Изучая тексты Ленина, мы обращаем внимание на чёткую классификацию фактов, особенно выступающих в роли информационного повода, их группировку в соответствии с логикой повествования, призванную доказать главную мысль автора. Всё это в сочетании с предельной точностью оценок и определений. Почему, понятно: без точности в теоретических вопросах политической борьбы нет возможности избежать искривлений и ошибок в практических действиях. Потому заметна в ленинских статьях и ясность цели, сочетающаяся с обсуждением наиболее адекватных и уместных средств, к ней ведущих. И это при полном отсутствии радикальных фраз, присущих в те годы многим «статусным деятелям» русского освободительного движения, фраз, не наполненных конкретным классовым содержанием, полных ложного пафоса, не имеющих чётких границ для употребления, могущих вполне спокойно выглядеть в кадетском или ином другом буржуазном печатном органе. Воистину:

«Сказать неправду легко. Но чтобы доискаться правды, необходимо иногда много времени».

В эмиграции, когда были написаны эти слова, времени у их автора имелось сполна.

Внимательно читая ленинские тексты, можно заметить и закономерности технологии их написания. Тематика материала должна быть ясной, чёткой, свободной от двусмысленностей. Ее в максимальной степени отражает заголовок. При формулировании заголовка и – при необходимости – подзаголовков лидер русских большевиков стремится избегать неопределенности, небрежности, расплывчатости. Иначе читателю «Правды» просто будет непонятно, чему посвящен предлагаемый его вниманию материал, он просто не станет читать дальше. Заголовок, как правило, предельно лаконичен, в виде краткой, но при этом запоминающейся фразы. «Стандартный» текст (есть, конечно, и исключения из этого правила) для удобства восприятия читателя любой степени подготовленности и политической грамотности состоит из пяти-шести абзацев. В малом объеме и упругости стиля и содержится залог успеха.

Первый абзац зачастую состоит из содержания заголовка, подзаголовков (если они в тексте имеются) и выводов, непосредственно следующих, по мысли автора, из всего материала. Следом в тексте размещается собственно содержательный блок, где мысли автора, уже показанные в первом абзаце, излагаются подробно, развернуто, с аргументацией «за» и критикой возможных аргументов «против». Этот содержательный блок, таким образом, попутно играет и роль справочного, ибо в нём приводятся хроника событий, имена, даты, факты, цитаты (которых в небольшой статье обычно не более двух-трёх), то есть та информация, которая подкрепляет ленинскую мысль и наглядно иллюстрирует его выводы. В заключительном абзаце – по возможности опять-таки коротком, из одного-двух предложений, ещё раз приводится общий (итоговый) вывод, делая композицию текста тем самым «закольцованной», то есть куда сильнее действующей на восприятие читателя.

Свои газетные тексты Ленин старался писать маленькими и легко понятными предложениями, чтобы было как можно меньше запятых, кавычек, многоточий, скобок.

Предложения с запятыми (сложносочиненные, сложноподчиненные, с причастными и деепричастными оборотами) размещаются в основном в центре абзаца, при этом первый и последний абзацы должны по возможности состоять всё-таки из простых предложений.

Очень часто Владимир Ильич исходил из того, что весь контекст или значительная часть контекста описываемых им событий читателю может быть до момента прочтения неведома. Отсюда необходимость правильного выбора информационного повода и особые требования к форме подачи материала: авторское мнение, авторские оценки после прочтения должны восприниматься как нечто равнозначное по значению самому описываемому факту, событию. Тем самым событийный текст фактически превращается в текст аналитический, при этом Ленин вовсе не скрывает, что под видом анализа продвигает к своему читателю агитацию в пользу того или иного явления, лица или действия либо, наоборот, агитацию против оных. Показательно, что у Ленина любое критическое выступление либо замечание содержит в своём отрицании и позитивную программу. Прочитав ленинскую статью, каждый понимает, что у автора таковая есть, а также может представить, в чем эта позитивная программа заключается.

В журналистской работе Ленина мы видим, насколько большую роль играет для него быстрота и оперативность реакции:

«Газета должна сама искать, сама вовремя находить и своевременно помещать известный материал», «следует сразу высмеять вдрызг, сказать прямо, что это ноли, ни по одному, ни по единому вопросу не имевшие никогда ни единой связной мысли».

Отсюда и склонность к частому употреблению постскриптумов, чтобы уже перед сдачей очередного номера в печать успеть отозваться на самый последний враждебный выпад либо привести в качестве примера самое свежее подтверждение своих выводов.

Газетная подёнка была нелегка и физически, и морально («невеселая работа, вонючая, слов нет»), но этот тяжелый воз на безлюдье в те годы в не очень многочисленных рядах большевистской фракции в РСДРП (фактически уже отдельной от меньшевиков партии), тоже кому-то надо было тянуть: «ведь мы не белоручки, а газетчики, и оставлять «подлость и яд» незаклейменными непозволительно для публицистов социал-демократии».

Владимиру Ильичу это удавалось в полной мере.

Запись Ленин как политический журналист впервые появилась Рабкор.ру.

Всеобщее медицинское обеспечение – за и против

© newyorker.com

В период экономического кризиса и вызванной им бюджетной экономии набирают остроту дискуссии вокруг массового бесплатного государственного здравоохранения. Апологеты коммерческого подхода к медицине, среди которых на постсоветском пространстве наиболее известен недавно почивший грузинский политик Каха Бендукидзе, выступают за передачу здравоохранения частному капиталу. Они утверждают, что предприниматели будут предоставлять медицинские услуги дешевле и лучше, чем неповоротливый монстр государственного здравоохранения, ликвидация которого пойдет на пользу всем, в том числе и беднейшим гражданам.

В этой статье я попытаюсь рассмотреть вопрос, как говорили древние, sine ira et studio. Вначале мы сделаем краткий экскурс, чтобы понять, какую роль государство исторически играло в медицинском деле. Затем мы рассмотрим результаты коммерческих и общественных систем медицинского обслуживания, на основании чего и будем строить выводы.

Исторический очерк

Болезни с давних пор преследовали человечество, побуждая людей искать способы избавления от недугов. Наряду с магическими приемами еще в древности появились первые медицинские учения. И хотя результатом их применения в те времена часто могла быть смерть, а не излечение, профессия лекаря заняла почетное место среди других. Возникли и специальные лечебные учреждения – больницы. В первую очередь они были актуальны в массовых армиях, таких как римская, где были созданы специальные валетудинариумы (valetudinarium, от латинского valetudo – здоровье), обслуживающие многочисленные имперские легионы.

Государство во все времена уделяло внимание вопросам общественного здоровья. Но долгое время оно касалось лишь сферы водоснабжения и санитарии, обходя стороной собственно медицинское дело.

Первая известная система государственных больниц общественного пользования появилась в XII веке в Ангкорской империи. Ее король Джайаварман VII, руководствуясь идеями буддизма, объявил целью своего правления облегчение страданий народа, для чего начал широкую программу строительства больниц, приютов и подобных сооружений.

К сожалению, такой систематический подход был редкостью в средние века. В большинстве случаев государство занималось больничным делом лишь спорадически. Вместе с монастырями и частными благотворителями оно строило госпитали, соединявшие функции лечебных учреждений и приютов для неимущих.

Парижская больница Сальпетриер, возведенная в конце XVII века по приказу короля Людовика XIV. К началу Великой французской революции стала крупнейшим приютом тогдашней Европы.

Наряду с помощью обездоленным государственная власть занималась противодействием эпидемиям. В те времена, когда лекари не могли справиться с большинством инфекционных болезней, а повальная нищета и антисанитария приводили к моментальному распространению опустошительных заболеваний, эффективным методом борьбы с пандемиями мог быть лишь карантин. Поскольку остановить население, в панике разбегавшееся от болезни и разносящее заразу по округе, без применения силы было невозможно, только государственная власть могла успешно поддерживать карантинный режим.

В феодальной Европе новаторами, внедрившими карантины в жизнь, стали купеческие города-государства. Они находились под особой угрозой из-за большого количества иностранных грузов и подданных, которые легко становились источниками эпидемий. В Венецианской республике карантин был учрежден после страшной эпидемии чумы середины XIV века. На острове Лазаретто (от которого и произошло слово лазарет) был возведен больничный комплекс, в котором содержались потенциальные переносчики заразы. Там же на определенный срок складировались и обрабатывались товары, прибывавшие из стран, в которых бушевали эпидемии. Впоследствии, с развитием централизованных государств, практика карантинов стала нормой для всех европейских стран.

Остров Лазаретто в изображении средневекового художника

Еще одной сферой медицинского дела, где участие государства могло быть крайне эффективным, было профилактическое прививание. До появления научной медицины лишь одна болезнь – оспа – поддавалась профилактике, получившей название вариоляции. Первые достоверные данные о прививках оспы зафиксированы в трудах китайского медика XVI века Ван Цюаня, хотя эта методика была открыта существенно раньше. Вариоляция не была надежным методом и смертность от нее составляла 0,5-2%, но это было существенно ниже 20-30% смертности от болезни среди непривитых людей.

К XVIII столетию вариоляция через Переднюю Азию проникает в Европу и становится там весьма популярной. В России первое оспопрививание совершила императрица Екатерина II, учредившая затем специальные «оспенные дома» в Петербурге. Вариоляция там проводилась бесплатно, и в целях поощрения привитым даже давали награду – так называемый оспенный серебряный рубль.

К сожалению, вначале государство не смогло организовать достаточно масштабную профилактику, а недоверие населения и низкая квалификация персонала (отчего прививка нередко бывала смертельной) делали оспопрививание малоэффективным.

Ситуация изменилась благодаря открытию безопасного метода вакцинации английским натуралистом Эдвардом Дженнером. В отличие от вариоляции, когда человеку прививали натуральную оспу, Дженнер внедрял в организм коровью оспу, которая не вызывала опасных последствий. Новый метод оказался крайне эффективным. Уже в начале XIX века Великобритания ввела обязательную осповакцинацию для солдат и моряков, а к середине XIX и для всех родившихся подданных. Аналогичные законы были приняты в других странах Европы и США. Результаты не заставили себя долго ждать. В Германии, где в 1874 году имперское правительство ввело всеобщую вакцинацию, смертность от оспы упала до 1,91 случая на 100 000 жителей. Для сравнения в соседней Австро-Венгрии, где подобных мер предпринято не было, оспа уносила от 39 до 95 жизней на 100 000 обитателей страны.

В СССР общеобязательное оспопрививание ввели в 1919 году, благодаря чему эпидемии оспы к 1936 году прекратились1. К 1963 году Советский Союз предложил детально разработанный план всемирной вакцинации оспы, а в 1967 году ВОЗ начала массовую вакцинацию, которой подверглись более полумиллиарда человек. Благодаря этим мерам к 1980 году оспа была окончательно ликвидирована, и ныне ее возбудители хранятся лишь в нескольких бактериологических лабораториях2.

В развитых государствах и ряде стран третьего мира всеобщая вакцинация стала нормой, что помогло практически ликвидировать множество болезней, ранее терзавших человечество. Прекрасной иллюстрацией этому служат данные из США3.

Зарождение систем всеобщего здравоохранения на Западе

Промышленная революция XIX века и последовавшая концентрация населения в городах подняли проблемы здравоохранении на новую высоту. Ярче всего это показывает пример Великобритании. Там, несмотря на бурный рост производства и технический прогресс, смертность среди детей и молодежи долгое время превышала уровень начала столетия и упала ниже этих показателей лишь к новому веку.

Основными причинами такого положения вещей была крайняя антисанитария и скученность населения в городах, плохие условия труда и, конечно же, низкий уровень тогдашней медицины.

Индекс выживаемости (доля выживших в возрастной когорте) для детей и подростков в Англии 1735-1970 годов. Отчетливо видно ухудшение, начавшееся с 1825 года и выправившееся лишь в 1890 году4.

Чтобы противодействовать возраставшей смертности и эпидемиям новых болезней (наподобие пришедшей из Индии холеры) было необходимо масштабное государственное вмешательство. Оно проявилось в виде законов об обязательных прививках и ассигнованиях на санитарные улучшения. В Британии XIX века самым масштабным из них был проект централизованной канализации Лондона, созданный в 1859 году. Он был принят после того, как сточные воды забили Темзу до такой степени, что город оказался парализован зловонием и парламент был вынужден выехать из столицы. Аналогичные мероприятия охватили другие города развитых стран.

В России этот вопрос подняли с большим запозданием. Даже в столице империи Петербурге городское самоуправление не смогло решить санитарные проблемы, и в 1911 году премьер Столыпин упоминал о сотне тысяч погибших от холеры по причине отсутствия канализации и выразил надежду, что «через 15 лет в столице русского царя будет, наконец, чистая вода, и мы не будем гнить в своих собственных нечистотах»5. К сожалению, на практике этот вопрос был разрешен лишь после революции.

Острым в индустриальных странах оставался и социальный вопрос. Несмотря на постепенный рост доходов, большие массы населения даже в богатейшей стране тогдашнего мира – Великобритании – не имели достаточного и постоянного заработка, что в условиях коммерческой медицины было фатальным. Между тем, циклические кризисы уже в середине XIX века могли оставлять без работы внушительные массы населения. В 1842 году депутат Палаты общин Уоллес сообщал, что в большом индустриальном центре Манчестере до трети населения оказалось без заработка, а в меньших городах безработица могла превышать и 50%. В конце XIX века на парламентских слушаниях признавалось, что от полутора до двух миллионов человек из 30 миллионного населения не имеют работы, не считая лиц, занятых эпизодически6. В других странах ситуация была не лучше, и скопление голодающего населения в крупных городах создавало серьезную угрозу как общественному здоровью, так и политической стабильности.

Решить эти проблемы силами частной кооперации было невозможно. Даже в Англии, славившейся богатыми традициями общественной самоорганизации, к 1910 году лишь 6,6 миллионов человек состояло в обществах взаимопомощи, что было совершенно недостаточно для страны с сорокамиллионным населением7. Кроме того, подобные общества охватывали, как правило, сравнительно состоятельные слои населения, их деятельность практически не затрагивала бедняков. Профессор Бентли Гилберт писал, что членство в таких обществах было «отличительным знаком квалифицированного работника»8.

Первой к созданию системы всеобщего медицинского страхования приступила Германия.

В 1883 году рейхстаг принял закон, согласно которому все наемные работники страховались на случай болезни с оплатой больничными кассами лечения, лекарств и компенсацией половины заработной платы. В 1911 году аналогичный закон приняло и английское правительство Ллойд-Джорджа вместе с комплексом мер по страхованию безработных и учреждению всеобщей пенсионной системы.

Развитие общественного здравоохранения после Первой мировой войны

Первая мировая война, революция в России и Великая депрессия привели к масштабному расширению государственного здравоохранения. Во второй половине ХХ века окончательно сложилось несколько подходов к организации охраны здоровья населения. В СССР и странах советской ориентации была учреждена унифицированная система общественной медицины. Масштабная сфера государственного здравоохранения была создана и в ряде стран Запада после Второй мировой войны, таких как Франция и Великобритания. В странах советского блока и Великобритании финансирование общественной медицины было возложено на государственный бюджет, во Франции средства на лечение выплачиваются за счет обязательного страхования. В ряде стран, таких как Дания и Испания, ответственность за больницы ложится на региональные власти. В других западных странах, как в Германии или Нидерландах, система общественного страхования финансирует частнопрактикующих врачей, одновременно контрактуя частные и государственные больницы.

К числу наиболее успешных систем централизованного здравоохранения следует отнести кубинскую. Несмотря на тяжелое состояние экономики, начиная с первых лет революции государству удалось радикально снизить детскую смертность, считающуюся одним из важнейших показателей общественного здоровья. Если до революции смертность детей на Кубе в 2,5 раза превышала американский показатель, то к 2000-м годам она оказалась даже ниже уровня США. Причем ситуация улучшалась даже в условиях жесточайшего экономического кризиса 1990-х годов, вызванного развалом советского блока.

Есть и не столь блестящие примеры. Наша страна за 30 лет снизила детскую смертность более чем вдвое, но разрыв с США за первые десятилетия существования СССР даже вырос. В целом же за все время существования советской России разрыв в детской смертности между нами снизился лишь незначительно, примерно с 3 до 2,5 раз. При этом Россия смогла избавиться от статуса страны с катастрофически высокой смертностью детей. На рубеже XIX-XX веков детская смертность в стране была сопоставима с уровнем Индии9, а к 1990 году Россия оказалась в числе стран со средними показателями смертности детей, снизив ее уровень на порядок. Таким образом, к концу существования Советского Союза детская смертность в России была почти вчетверо меньше индийской.

Стоит заметить, что СССР и Куба были странами, находящимися не в лучших экономических условиях и несшими значительное бремя военных расходов. А что же происходило в США, богатейшей стране Западного мира, где сохранился частнопредпринимательский подход к здравоохранению?

Опыт американского здравоохранения – коммерческий подход

Если брать вторую половину ХХ века, то детская смертность в США упала более чем в четыре раза, с 31,3 до 6,9 случаев на 1000 рождений10. Если же брать все столетие, то произошло снижение на порядок. Но насколько существенными были эти успехи в сравнении с другими развитыми странами?

Как показывают данные ООН, в 1950-х годах в США детская смертность была ниже, чем в любой другой крупной развитой стране Запада, за исключением Британии, уровень которой совпадал с американским. Но за последующие полвека, когда в Канаде и странах Европы были учреждены системы всеобщего медицинского обслуживания, ситуация радикально изменилась. Сейчас детская смертность в США существенно (иногда в 2-2,5 раза) превышает показатели других развитых государств.

Что еще удивительнее, американская система здравоохранения показывает столь удручающие результаты, съедая рекордное количество средств. Вместе взятые, государственные и частные расходы на душу составляют 9 451 долларов по паритету покупательной способности, что намного превышает затраты любой другой страны ОЭСР11. Для сравнения, в Германии затраты на охрану здоровья жителя составили 5 267 долларов, во Франции 4 407, а в Италии 3 272.

Американское здравоохранение съедает порядка 17% ВВП, что превышает расходы самых щедрых в этом отношении стран Европы: так, во Франции этот показатель составляет 11%, в Швейцарии 11,5%, а в Великобритании 9,8%. Около двух третей этих затрат (64,3% в 2013 году) падает на государственные программы для бедных и пожилых людей. Учитывая, что они охватывают лишь около четверти населения12, в отличие от программ всеобщего здравоохранения в Европе, а затраты на них сопоставимы с европейскими, сложно признать американский подход эффективным как с точки зрения затрат, так и результатов. Усугубляет ситуацию то, что лишь половина занятых застрахованы по месту работы, и эта доля стабильно падает, сократившись с 69% в 1978 году до 53% к 201013. В итоге порядка 15% населения США вообще не охвачено медицинским страхованием14.

Таким образом, децентрализованное и коммерциализированное американское здравоохранение, съедая куда большие ресурсы, чем альтернативные системы, обеспечивает худший уровень общественного здоровья и меньший охват услугами.

Любопытно отметить, что вопреки мнению о большей экономичности платной медицины, некоммерческие больницы в США работают эффективнее коммерческих. Согласно журналу Канадской медицинской ассоциации, коммерческие больницы выплачивают медицинскому персоналу на 7% меньшие зарплаты и экономят на его количестве, что приводит к худшему качеству обслуживания. В то же время административные затраты коммерческих больниц в полтора раза выше, чем некоммерческих15.

Опыт Грузии

Медицинская реформа в Грузии представляет особый интерес как потому, что она проводилась в постсоветском государстве, так и потому, что она проводила в жизнь ярко выраженную частнопредпринимательскую идеологию. Это выразилось, в частности, в крайне высокой доле медицинских расходов, оплачиваемых пациентом из своего кармана после реформы — порядка 70%16. В ходе реформы практически все государственные больницы были приватизированы, лишь в 12 из 68 районов остались государственные учреждения17.

Идеологи реформы, такие как Каха Бендукидзе, утверждают, что она «привела к значительному повышению благосостояния жителей Грузии и обеспечила один из самых низких в Европе уровней медицинских расходов граждан»18. Что же из этого соответствует реальности?

Прежде всего сторонники грузинских реформ ссылаются на рост продолжительности жизни и снижение детской смертности. Оба этих факта имели место, но реформаторы забывают добавить, что эти процессы наблюдались и до их реформ, наблюдались они и в соседних странах.

Для начала взглянем на уровень детской смертности. Данные свидетельствуют, что за все время после развала СССР темп ее снижения практически не менялся, и реформы Бендукидзе не ускорили этот процесс. При сравнении Грузии с соседними государствами Кавказа мы обнаружим, что она снижала смертность детей ровно такими же темпами, как Армения, и лишь ненамного быстрее Азербайджана. Вряд ли это можно назвать серьезным успехом.

При сравнении динамики продолжительности жизни наблюдается сходная картина. Как и у Грузии, так и у ее соседей продолжительность жизни стагнировала в период экономического коллапса 1990-х годов, а потом стала постепенно расти. Здесь Армения оказалась удачливее грузинских соседей, сократив разрыв с ними и даже немного превысив их достижения. Азербайджанцы жили существенно меньше, чем армяне и грузины, и это отставание не исчезло, но динамика продолжительности жизни не отличалась от соседних кавказских стран. Получается, что и рост продолжительности жизни не может свидетельствовать в пользу грузинских реформ.

Наконец, следует рассмотреть расходы грузинского здравоохранения, так как реформаторы особое внимание уделяют коммерческому аспекту дела. Прежде всего нужно заметить, что реформа не привела к сокращению затрат на медицину. После 2007 года, когда правительство начало массовую приватизацию больниц, расходы, считаемые как доля от ВВП, резко выросли, после чего вернулись к уровню начала 2000-х годов.

Как уже упоминалось, большую часть услуг пациенты оплачивают прямо из личных средств. Система страхования неразвита, полисы очень дороги, и по ним оплачивается лишь ограниченная часть лечебных процедур. Даже сторонники грузинской реформы признают, что численность застрахованных сравнительно с общей массой населения невелика, составив в 2012 году всего 51% жителей страны. Причем 38% населения оставались застрахованы за счет государства19.

Так как Грузия входит в число стран с высоким уровнем неравенства, недоступность страхования и бедность делает лечение недоступным для внушительной части населения. Как отмечалось в документах ВОЗ:

«Вплоть до 2008 года некоторые категории населения в рамках государственных программ имели доступ к ограниченному набору услуг, которые частично финансировались за счет соцплатежей. В прошлом средства на выполнение этих программ не всегда выделялись, и объем выделяемых средств не покрывал стоимость оказываемых услуг. Сложившаяся ситуация только усугублялась из-за постоянного недофинансирования.

…Существующие доказательства свидетельствуют, что плата за медицинские услуги негативно влияет на возможность получения необходимой медицинской помощи людьми с низкими доходами даже в тех случаях, когда таковые в принципе должны предоставляться бесплатно. В частности, стоимость медикаментов остается непомерно высокой» 20.

Всемирная организация здравоохранения раскритиковала и стимулы, создавшиеся в коммерческой системе здравоохранения Грузии, которая не заинтересована в массовой профилактике заболеваний, предпочитая ей оказание дорогостоящего лечения не всегда хорошего качества:

«В настоящее время система здравоохранения нацелена в значительно большей степени на оказание дорогостоящей стационарной помощи в учреждениях вторичной и третичной помощи, чем на оказание более экономически эффективной первичной помощи. Значительные мощности в сочетании с низким уровнем потребления медицинских услуг свидетельствует о низкой продуктивности системы. Слабая регулятивная функция системы приводит к отсутствию механизмов измерения и обеспечения качества медицинской помощи» 21.

В заключение

Эта статья, конечно, ни в коей мере не может претендовать на полное рассмотрение существующих систем здравоохранения. Но даже беглый взгляд показывает, что сторонники коммерциализации медицины лукавят, говоря о высокой эффективности и низких затратах коммерческих систем здравоохранения. И можно с уверенностью утверждать, что предлагаемая рыночными радикалами приватизация медицины приведет не к падению, а росту медицинских расходов при весьма спорной эффективности.

Запись Всеобщее медицинское обеспечение – за и против впервые появилась Рабкор.ру.

Неизбежно ли поражение левых во Франции?

© comptoir.org

До президентских выборов во Франции остаётся менее трёх месяцев. Ситуация во французском левом движении представляется очень запутанной, и шансы на конечный успех невысоки. Однако первый тур первичных выборов кандидата в президенты от Социалистической партии (СП) обнадежил тех левых во Франции, которые не согласны с социал-либеральным курсом действующей власти. О положении в левом движении Франции мы беседуем с французским левым политологом, профессором Лондонского университетского колледжа Филиппом Марльером.

Как бы вы оценили итоги первого тура «гражданских праймериз» Прекрасного народного альянса (ПНА) и СП?

Я полагаю, что все составляющие французской левой должны радоваться успешному результату Бенуа Амона. Праймериз были открытыми. Конечно, беззубая деятельность исполнительной власти привела к тому, что уровень участия в первичных выборах социалистов был в два раза меньше, чем пять лет назад. В то же время результат голосования – это явная санкция и кара со стороны левых избирателей действующей власти, её политики лично Франсуа Олланда и Манюэля Вальса.

Лично я, если б принял участие в голосовании 22 января, отдал бы голос за Бенуа Амона, не закрывая глаза на то, что он как член Совета министров до 25 августа 2014 г. также несет персональную ответственность за политику Олланда и её ошибки.

Но я давно знаю Бенуа и верю в его порядочность и откровенность.

Результат 22 января, я уверен, будет подтверждён во втором туре голосования. Только вместе с голосами Арно Монтебура Амон должен бы легко выиграть, даже несмотря на жесточайшие личные атаки, идущие со стороны лагеря М. Вальса всю эту неделю. Победа Б. Амона была бы победой плюралистической, мультикультурной, открытой миру левой социал-демократии.

Если 29 января победа Амона будет подтверждена, это может привести к коренным изменениям соотношения сил внутри французской левой и, в частности, в СП.

Да, даже если я в своё время покинул эту партию, считая её слишком забюрократизированной и поправевшей, я никогда не разделял мнения, что СП будто бы перестала быть левой партией. Однако, неоспоримо и то, что в самом деле, политическая линия Олланда-Эйро-Вальса на практике не была левой. Нынешнее голосование отразило глубочайшее разочарование французского «левого народа» этой политикой, стало своего рода «восстанием урн». Худшего «подарка» для господина Олланда от «неблагодарных избирателей» нельзя было бы ожидать.

Левые французы громко говорят: ваша политика неправильная.

Но также это голосование отражает реальные глубокие сдвиги и трансформации в социалистическом электорате.На прошлом съезде СП все левые («фрондёры», оппозиция в партии) имели поддержку 30% внутри партии. Это много, но недостаточно для контроля над такой машиной, каковой является СП.

Но даже если победа на праймериз ПНА Б. Амона выглядит более чем реалистической, на сегодня есть очень много потенциальных левых кандидатов. Они способны политически «убить» друг друга.

Распыление левых сил – это колоссальная проблема. В радикальном левом направлении, как обычно, своих кандидатов выдвигают Новая антикапиталистическая партия и ультралевая «Рабочая борьба», но всё-таки объективно основным конкурентом хоть Амона, хоть Вальса должен стать Жан-Люк Меланшон.

Будучи членом федеративного экосоциалистического объединения «Вместе», я лично полагаю, что кандидатура Меланшона была понятным противовесом социал-либеральному деструктивному направлению, представляемому Вальсом и Макроном. Но если речь пойдёт после 29 января о кандидатуре Амона, это уже другое дело. Но надо быть реалистами – радикальная левая сегодня во Франции максимум может рассчитывать на 15%. Этого не хватит на прохождение во второй тур.

Надо понять: мы хотим быть левыми вечного протеста или готовыми управлять? Если мы хотим двигаться в сторону изменения соотношения сил в левом движении, как в Соединённом Королевстве, Испании или Португалии, а первый тур праймериз ПНА и СП показал возможность такого движения, тогда нужна не взаимно уничтожающая конкуренция, а сотрудничество, союз. Б. Амон может стать кандидатурой левого компромисса, Ж.-Л. Меланшон – нет.

Его постоянные клинчи с коммунистической партией, его пренебрежение к судьбе Левого фронта и издевательское отношение к Социалистической партии не позволяют считать его идеальной кандидатурой для тех, кого мы относим к радикальной левой.

Очевидно также, что и кандидатура экологов «поработает» на раскол левых сил.

С одной стороны, французы, если судить по разным опросам общественного мнения, крайне чувствительны к различным природоохранным проблемам – климатическим изменениям, загрязнению, исходящему от промышленных отходов, будущему ядерной энергетики и т. д. Другая ипостась – это многоликая политическая экология, находящаяся сегодня в состоянии кризиса и отступления. Даже если в личностном плане я отдаю должное кандидату «зелёных» Янику Жадо, сегодня у него весьма посредственный рейтинг. Поражение левых ещё не неизбежно, но оно обязательно станет таковым, если 23 апреля мы получим большое множество левых кандидатов.

Как вы оцениваете кандидатуру Эмманюэля Макрона?

Макрон ведёт кампанию так, как будто он представляет собой антисистемную силу. Сегодня, в условиях слабости французского политического центризма, отсутствия сильных кандидатов и декабрьского поражения Алена Жюппе, создалась иллюзия, что Макрон мог бы своей кандидатурой «заполнить нишу». В действительности агитационный популизм Макрона – не более чем попытка соблазнить колеблющихся избирателей.

Социал-либерализм есть вне и внутри Социалистической партии. Это была бы большая драма для социал-демократического, реформистского электората – выбирать между Макроном и Вальсом. Я очень надеюсь, что такого выбора в апреле не будет. И в этом случае левым силам придётся представить правоспособную альтернативу не только крайне правому национализму или «республиканскому» консерватизму от Фийона. Но также и тому «центристскому» популизму, что воплощает собой Макрон.

Запись Неизбежно ли поражение левых во Франции? впервые появилась Рабкор.ру.

Леволиберал в стране невыученных уроков

«Люди, которых вы видите, не актеры.

Большинство из них даже не люди».

«Футурама»

Антитрамповские митинги странных людей в розовых шапках стали очередным поводом задуматься о глубоком кризисе той части левого движения, которую принято называть леволиберальной. Нет, это не значит, что прежде эти люди вели себя менее неадекватно, несли меньше чуши или меньше раздражали. Что отличает сегодняшнюю истерию от всех прежних, так это массовость – десятки тысяч людей повалили на улицы, послушно повторяя, как мантры, леволиберальный бред своих вождей, которые каждой новой октавой крика обнажают все более ужасающую пустоту идей, на защиту которых они якобы вышли.

Либеральные левачки, или, как их назвал бы Александр Тарасов, «левенькие», кажется, давно утратили связь с реальностью. Они существуют и отжигают в неком собственном обществе спектакля, категорически отказываясь признать, что кроме тех ценностей, которые так милы их сердцу, есть другие, более приземленные, с гораздо большим количеством приверженцев.

Набор тем, которые готов обсуждать такой «левенький», не очень богат. Чаще всего это ЛГБТ, феминизм, смертная казнь и легализация легких наркотиков. Чуть реже всплывает тема ГМО, атомной энергетики, экспериментов над животными и прочего.

При этом все перечисленное понимается весьма своеобразно. Например, в России, стране, где едва ли не абсолютное большинство населения терпеть не может гомосексуалистов и, судя по опросам, готово вообще отказать им в гражданских правах, наши «левенькие» друзья в первую очередь поднимают на знамена именно вопрос о правах сексуальных меньшинств. Естественно, с такими лозунгами они автоматом лишают себя шансов хоть на какие-то политические успехи, но их это, похоже, совершенно не интересует.

Дело ведь не в реальной борьбе за счастье трудового народа, а в игре, которая дает возможность почувствовать себя представителем прогрессивного человечества в мире необразованного «быдла». В каком-то смысле «левенький» заинтересован в сохранении сложившегося порядка вещей, так как именно это позволяет ему исполнять столь приятную роль. Если  «быдла» станет меньше или оно, не дай бог, исчезнет вовсе, то левенький просто останется не у дел, так как ни для какой серьезной работы он не годится.

На этой ниве бред расцветает особенно густо. Вы никогда не слышали о квир-коммунизме? Вам повезло. Вы, читатель, по своей наивности, наверное, думали, что коммунизм – это уничтожение частной собственности, каждому по потребности и все такое? У леволиберального гражданина на этот счет иное мнение:

«Мы сознаем, что наша цель – не коммунизм, наша цель – квир-коммунизм. Мы понимаем квир не только как размывание стандартов пола, гендера и сексуальности, но в целом – как вызов традиционным политикам идентичности в их эссенциалистском изводе, – как отрицание гендерных, этнических, расовых, национальных границ. Квир и коммунизм – обоюдно-зависимые и неизбежные понятия, – имена процесса, преодолевающего отчуждение».

Да, представители ЛГБТ-сообщества должны обладать такими же правами, как и все остальные люди. Однако человек, ратующий за это, должен не просто постоянно разражаться ритуальными разговорами о равноправии, но и предлагать инструменты для его достижения. Расчет на то, что люди просто в один прекрасный день передумают и станут милыми и толерантными выдает в человеке идеалистически толкующего историю и просто болтуна.

Примерно столь же безумны леволибералы, встающие, как им кажется, под знамена феминизма, смысл и цели которого они интерпретируют столь вольно и своеобразно, что прогрессивное и нужное движение в конце концов предстает перед непосвященным человеком в обличье некоего агрессивного мутанта, который бесится по поводу и без, требует непонятно чего, а свобода для него – это «свобода каприза».

Самозваные «борцы» за права женщин редко ратуют за повышение социальных пособий для матерей-одиночек, доступное детское питание, увеличение числа яслей, детских садов и школ.

Нет, нельзя сказать, что этих тем нет вообще, но они звучат словно далекое эхо, неясное и неуловимое. С гораздо большей страстью наш «левенький» предпочитает рассуждать, скажем, о сексистской рубашке астронома Мэтта Тейлора с полуголыми женщинами. Никогда, никем и нигде не избранный говорить от имени всех женщин активист источает яд и серу по адресу негодяя, якобы оскорбившего своим туалетом весь слабый пол. Кстати, любопытно, что феминистки из Африки и арабских стран, которые, в отличие от своих западных товарок, заняты реальной борьбой за права женщин, раскритиковали травлю ученого, заявив, что такие претензии недостойны защитниц женщин.

Еще можно долго и упорно возмущаться так называемой объективацией. Например, в компьютерных играх. Особенно на этой ниве преуспела некая Анита Саркисян, но и у нас есть продолжатели ее дела. Суть этой великой борьбы за освобождение женщин заключается (вы только не смейтесь) в том, чтобы женские персонажи не были одеты чересчур откровенно. В играх! Кому-то это может показаться странным – не смыкаются ли здесь две, казалось бы, враждебные друг другу идеологии: традиционализм, предписывающий женщине одеваться в пуританском стиле, и псевдофеминизм, по сути ратующий за те же самые запреты, но отличающийся лишь лицемерной риторикой о «защите женщин от объективации».

Естественно, тут же дала о себе знать и теория заговора, в частности заговора злобных производителей компьютерных игр, которые СКРЫВАЮТ от глаз женской аудитории филейные части мужских персонажей компьютерных игр. Вам кажется, это безумие? Думаете, будто никому, кроме самих активистов, которые жаждут прославиться, создавая дутый скандал, это пользы не принесет? Продолжайте думать. Леволиберального гражданина ваши мысли интересуют мало. Он занят самолюбованием и рисовкой, причем чаще всего в виртуальном мире, мире социальных сетей, постов, лайков, онлайн-петиций и прочего.

Леволиберал так или иначе обозначает себя как приверженца социалистической либо социал-демократической доктрины. Оная в первую очередь предполагает борьбу за права рабочего люда. Что же нам здесь может предложить «левенький»? Думаете, хотя бы здесь нас ждет что-то хорошее? А вот и нет: скорее всего, такой тип выступает за снятие ограничений на въезд в страну дешевой рабочей силы. Это ничего, что реализация такой политики ведет в первую очередь к разорению местного рабочего класса, во вторую играет на руку капиталисту, который теперь может платить еще меньшую зарплату своим работникам, в третью ухудшает экономику, снижая совокупный спрос, а в четвертую способствует росту популярности правых партий, которые делают борьбу с мигрантами краеугольным камнем своей кампании. «Левенького» все это мало интересует.

Когда вы, дорогой пролетарий, будете бродить в поисках утраченной работы по биржам труда и соглашаться на нищенскую зарплату, он продолжит сидеть в гламурных кафетериях и разглагольствовать о Жижеке, «деконструкциях обратного эссенциализма», трансфеминизме, квир-коммунизме и прочем.

А на вас ему наплевать.

Запись Леволиберал в стране невыученных уроков впервые появилась Рабкор.ру.

Социалист Бенуа Амон обещает заставить сердце Франции биться снова

© Benoit Hamon

Во Франции проходят партийные президентские праймериз. Ныне правящая Социалистическая партия заметно уступает по популярности консерваторам и националистам, и причина этого – крайне непопулярные либеральные реформы, продавленные правительством. Избиратели, голосовавшие за Олланда и социалистов, чувствуют себя обманутыми, так как левые отказываются от традиционной левой программы в пользу социал-либерализма и неолиберализма. На этом либерально-консервативном фоне примечателен быстрый взлет популярности среди избирателей спикера Социалистической партии Франции Бенуа Амона и его политическая программа, выделяющаяся своим относительным левым радикализмом

Всего в социалистических праймериз участвуют семь кандидатов, и 49-летний Амон — наиболее левый из них. Его программа построена вокруг радикального предложения выплаты всеобщего базового ежемесячного дохода всем французским гражданам, независимо от их материального положения.

Амона называют «французским Берни Сандерсом» и считают поклонником американского сенатора-социалиста. Амон — член Социалистической партии Франции и одновременно член Партии европейских социалистов.

В период с мая 2012 по март 2014 он занимал пост младшего министра социальной экономики, с апреля по август 2014 был министром национального образования. Вместе с министром экономического оздоровления Франции Арно Монтебургом Амон подал в отставку в 2014 году, после того как они вдвоём призвали отказаться от неолиберальной политики мер жёсткой экономии. По оценке Амона, президент Олланд отошел от социалистической программы, в связи с чем работать в правительстве Амон отказался. С этого момента Амона считали «изгоем» или «бунтарем» в Социалистической партии, аутсайдером, чьи шансы на отстаивание собственной радикальной позиции невелики.

Амон объявил о своем намерении участвовать в президентских выборах в августе 2016 года. Будучи критически настроенным в отношении социал-либеральной политики, проводимой Олландом и Вальсом, он представляет на выборах левое крыло и «политических зеленых» Социалистической партии.

На состоявшемся 22 января первом раунде президентских праймериз Амон набрал 33% голосов, в результате опередив считавшегося фаворитом гонки бывшего премьер-министра (ушел в отставку в декабре 2016 года) Мануэля Вальса, получившего 29%, и заручившись поддержкой своего давнего соратника Арно Монтебурга, который занял третье место с 26% голосов. Такой результат заставил оппонентов считаться с недавним аутсайдером и сделал его серьезным конкурентом для остальных участников президентской гонки. В французских СМИ бунтарь из левого крыла социалистов неожиданно стал центром внимания. Российские СМИ, что уже традиционно, практически игнорируют это событие либо, как в случае с Берни Сандерсом и его кампанией, не вдаются в контекст происходящего.

Программа Амона вызывает интерес. Введение всеобщего базового дохода, согласно Амону, неизбежно необходимо, так как работа в будущем станет редкостью, человеческий труд на производстве будет замещен растущей роботизацией.

Амон — сторонник 35-часовой рабочей недели и менее, если работник того желает, в обмен на компенсацию от государства. Он предлагает легализовать марихуану и узаконить эвтаназию, обложить налогом продукцию, производимую роботами, кардинально отменить принятое в прошлом году трудовое законодательство, облегчившее наем и увольнение работников.

Амон выступает за увеличение инвестиций в возобновляемую энергетику, ставя цель довести долю возобновляемых энергоресурсов в энергетике Франции до 50% к 2025 году. «Общие блага» (водные ресурсы, воздух, биоразнообразие) он хочет защитить посредством конституции. Амон очень критически настроен в отношении неолиберального мифа о бесконечном экономическом росте, что он считает причиной уничтожения планеты. «Назрела насущная потребность изменить наше отношение к производству и потреблению. Мы можем договариваться с банкирами, но мы не можем договариваться с планетой», – говорит он по поводу глобального экологического кризиса, вызванного сложившейся экономической системой. Неолиберализм, как доказывает Амон, это политическая квазирелигия.

К недостаткам программы Амона относят ее недостаточную конкретность.

План по введению всеобщего дохода Амон намечает лишь в общих чертах и предлагает осуществить его в три стадии. На первой стадии ныне действующее минимальное пособие для самых малоимущих французских граждан будет увеличено на 10% до 600 евро в месяц. На второй стадии выплата этого пособия будет распространена на всех граждан в возрасте от 18 до 25 лет. И на заключительном этапе ориентировочно после 2022 года эта программа с выплатой уже 750 евро в месяц охватит всех французских граждан.

Амон не вдается в детали, когда речь заходит о том, как его программа будет финансироваться. Поэтому одни рассматривают проект Амона как связанный с заботой о будущем развитии общества и отзываются о нем с уважением, в то время как другие считают это утопией.  Однако скептицизм критиков не уменьшает популярность Амона среди левых избирателей.

Опередив в первом туре праймериз Вальса, продолжающего оставаться влиятельной фигурой в Социалистической партии, несмотря на отставку с поста премьер-министра, Амон привлек внимание к важным проблемам французских социалистов, наиболее очевидная из которых — это глубокий раскол между сторонниками левого крыла Социалистической партии и более либеральными, занимающими центристскую позицию в действующем социалистическом правительстве, представителем которых является Мануэль Вальс. На Вальса партноменклатура соцпартии делает основную ставку. Это тот самый премьер-министр, который продавил в высшей степени непопулярную трудовую реформу, а также провел законы о мерах безопасности (аналог российского «Пакета Яровой»).  В результате между Вальсом и настроенными на традиционную левую повестку сторонниками соцпартии образовалась пропасть, которую фавориту социалистов теперь очень трудно преодолеть. Все это может выбить Вальса из предвыборной гонки во втором туре праймериз и принести победу бунтарю Амону. Бенуа Амон выходит во второй тур на сильной позиции.

Если Амон победит на праймериз, это переориентирует французскую соцпартию от центристской политики назад к ее традиционным левым позициям.

Но на президентских выборах это еще не гарантирует победу, так как независимо от того, кто получит номинацию от социалистов на праймериз, на выборах их кандидат будет всего лишь пятым по популярности среди всех остальных кандидатов согласно опросам общественного мнения.

Даже если Амону не удастся победить на президентских выборах, его номинация может повлиять на расклад голосов за других кандидатов. Выдвижение Амона от социалистов, скорее всего, заставит избирателей-центристов на президентских выборах перейти в число сторонников либерала Эммануэля Макрона, бывшего банкира, чья растущая популярность начинает волновать крайне правый Национальный Фронт. Макрон рассчитывает превзойти по популярности во втором туре президентских праймериз Марин Ле Пен. Сейчас, после первого тура французских праймериз, тройка лидеров выглядит так: Франсуа Фийон, Марин Ле Пен, Эммануэль Макрон.

Кандидатура Макрона интересна в контексте нашей темы тем, что себя Макрон считает «левым» кандидатом, а следовательно, рассчитывает на голоса левого электората, которые могли бы пойти Амону. Позиционирование очень странное, так как именно Макрон был идеологом отказа от 35-часовой рабочей недели во Франции:

«Когда ты молод, 35 часов это очень мало, нужно набираться опыта во работе, поэтому работать нужно больше».

После встречи с представителями национального профсоюза во время протестов рабочих Макрон сказал участнику профсоюза: «Лучший способ позволить себе иметь хороший костюм – это больше работать», за что Макрона потом закидали яйцами. Франсуа Олланд долго поддерживал своего любимца и протеже Макрона, сделав его сначала советником президента по экономике, а затем в 2014 году министром экономики, хотя Макрон никогда не был членом Социалистической партии. Олланда продолжил поддерживать его и в 2016 году, когда Макрон создал свое неолиберальное политическое движение «En Marche» («в действии», «на ходу» или утвердившийся перевод на русский «Вперед!»). В августе 2016 Макрон подал в отставку и сконцентрировался на президентской гонке.

Французские левые не признают Макрона и в насмешку называют его «копипастом Тони Блэра». Несмотря на это, он продолжает позиционировать себя как «левого» кандидата, по его словам, «левого, который имеет дело с реальностью и хочет реформировать страну». Избиратели, для которых Ле Пен слишком правая, а Амон –слишком левый, могут обратиться к Маркону и вывести его во второй тур президентских выборов.

Несмотря на то, что наибольшим успехом во Франции пользуются правые популисты, в первую очередь Марин Ле Пен, появление в этой кампании социалиста Амона, пусть даже не в первой тройке, может стать знаком возвращения политики предыдущей эры. На протяжении многих лет ведущие французские партии смещались к центристским позициям, что закономерно привело к апатии избирателей. Сегодня избирателям в качестве наиболее вероятного президента предлагают перспективу в лице Франсуа Фийона – консерватора-католика старой школы во главе основной правой Республиканской партии или крайне правой националистки Марин Ле Пен. Если же Бенуа Амон выиграет социалистическую номинацию 29 января, главная французская левая партия сможет, наконец, противопоставить консерваторам традиционную левую позицию по вопросам трудовых прав, перераспределения общественного богатства, гражданских свобод и охраны окружающей среды.

Основной источник (с дополнениями и переработкой).

Запись Социалист Бенуа Амон обещает заставить сердце Франции биться снова впервые появилась Рабкор.ру.

Берни Сандерс поддержал решение Дональда Трампа о выходе из ТТП

Сенатор от Вермонта Берни Сандерс, бывший кандидат в президенты США от Демократической партии, поддержал решение действующего главы государства Дональда Трампа о выходе из соглашения о Транстихоокеанском партнерстве и выразил намерение сотрудничать с ним по вопросам торговой политики.

«Пришло время разработать новую торговую политику, которая поможет семьям рабочих, а не только транснациональным корпорациям», — заявил Сандерс.

«Если президент Трамп серьезен насчет новой политики, которая поможет американским рабочим, я буду счастлив работать с ним», — подчеркнул он.

За последние 30 лет политика США в области торговых отношений привела к снижению уровня зарплат американских рабочих, а выгоду получали только международные корпорации, констатировал Сандерс. В качестве примера он привел соглашение о Североамериканской зоне свободной торговли (NAFTA) и политику в отношении Китая.

23 января СМИ сообщили о том, что Трамп подписал указ о выходе США из Транстихоокеанского партнерства. Во время подписания документа Трамп отметил, что это «великая вещь для американского рабочего».

Соглашение о Транстихоокеанском партнерстве (ТТП), готовившееся под руководством США в течение нескольких лет, было подписано в феврале прошлого года по итогам семи лет переговоров представителями 12 стран и подразумевало создание широкой зоны свободной торговли в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Ранее сенатор от Вермонта уже выражал готовность сотрудничать с Дональдом Трампом. В заявлении, опубликованном на его сайте в ноябре прошлого года, Сандерс подчеркнул: «В той степени, в которой господин Трамп серьезно относится к проведению политики, улучшающей жизнь рабочих семей в этой стране, я и другие прогрессисты готовы работать с ним. В той степени, в которой он является приверженцем расистской, сексистской, ксенофобской и антиэкологической политике, мы будем решительно выступать против него».

Запись Берни Сандерс поддержал решение Дональда Трампа о выходе из ТТП впервые появилась Рабкор.ру.

Украина могла бы развить фэйк-туризм и разбогатеть

© SERGEI SUPINSKY/AFP/Getty Images

Министерство обороны Украины недавно тихо изменило национальность былинного богатыря Ильи Муромца. Местом его рождения теперь на Украине должно считаться село Моровск Черниговской области. Почему было избрано это место, понятно: по звучанию Моровск похож на Муром, город возле которого русским богатырям рождаться не разрешается.

Изменение родины богатыря породило у граждан России немало эмоций. Между тем украинским чиновникам не стоит стесняться своего решения: оно является верным, с коммерческой точки зрения, разумеется. Истории и культуры мы не касаемся. Понятно, что возмущение по поводу нового передела истории киевскими начальниками справедливо. Однако было бы неправильно только осуждать их, не анализируя. Необходимо видеть за решением по поводу Муромца и коммерческий потенциал. А он имеется. Видят ли его местные элиты? Сомнительно. Но им можно на него указать, и тогда работа в обозначенном направлении на Украине расширится. А в страну хлынут деньги иностранных туристов и случится инвестбум.

К сожалению, на Украине еще не научились зарабатывать на собственном националистическим усердии (некоторые называют его словом «дурь»).

Оно же дает такую возможность, если только повести дело правильным образом – смело, бессовестно, энергично и широко. На Украине так умеют, только делают это бескорыстно, а надо именно с умыслом.

Что же надлежит делать? Начав с изменения места рождения и текущей национальности Муромца, украинским чиновникам со всем официальным апломбом нужно перенести на Украину места рождения, жизни и деятельности, а также захоронения всех выдающихся людей мира. Лучше всего, если первыми обретут новую родину популярные герои истории и мифов, могилы коих не найдены. Например, это могут быть вождь гуннов Аттила, Чингисхан, хан Батый, Юлий Цезарь и Александр Македонский. Места их захоронения неизвестны, что позволяет быстро обнаружить их где-нибудь в степях Херсонщины.

Все это нужно сделать на государственном уровне, чтобы «чудо» увидел весь мир. Необходимо воздать почести этим великим «хероям Украины», а следом возвести в их честь музеи. Можно даже устроить торжественные «перезахоронения» новых национальных героев в некий пантеон.

Украинские историки-националисты должны быть поставлены на службу этому делу. У них богатая фантазия. Её только нужно направить в верном с коммерческой точки зрения направлении. За истину эти люди никогда не держались и не боролись. И к написанию «истории» они подходят прагматически. Направление же работы состоит в том, что все великие люди мировой истории должны постепенно переселиться на Украину. И не нужно стесняться, как это вышло с Муромцем. Такой план вполне соответствует постмодернизму, модному ныне мировосприятию, с его преодолением невозможного. А «Украина может все!» Так, во всяком случае кричали на Майдане и еще не редко кричат на митингах.

И не нужно бояться крайностей. Можно даже построить без гвоздей дубовую модель экскаватора, при помощи аналога которого древние укры якобы выкопали Черное море. Что мешает придумать другие чудеса техники? Что мешает объявить сгинувшие в древности «чудеса света» вновь обретенными на их «родине» — на Украине? Их можно даже быстренько восстановить, с помпой потребовав у ЮНЕСКО денег.

До последнего времени новинки от «историков» предназначались на Украине для внутреннего пользования. Рыночного развития они не имели или почти не имели. Причина не только в скудоумии местных фантазеров.

Есть еще бедность населения, которая резко возросла в последние годы. Зарабатывать нужно на иностранцах, на тех самых туристах, которых так много Украина могла бы получать из ЕС, США, Канады и других стран, если бы осмелилась расширить местную культуру до мировой, сделав ее одновременно предельно современной — постмодернистской на 100%.

Для успеха нужна только дерзость. Нужно не тайком перетаскивать на Украину богатырей из былин и малоизвестных на Западе героев русской истории, а делать много больше, причем открыто и нагло. Делать по всем фронтам. А если россияне будут возмущаться, то им следует ответить: Украина вскоре заберет всех героев прошлого.

Гражданам Евросоюза Илья Муромец неинтересен. Им будет все равно, даже если сам Иван Грозный окажется коренным киевлянином. А вот на дом-музей Наполеона Бонапарта или мазанку, в которой родился Джордж Вашингтон либо отец протестантизма Лютер, многим было бы любопытно посмотреть. Что придумали эти украинцы? Кстати, рядом с «памятным местом» можно будет отведать любимых вареников апостола Павла и Бенджамина Франклина. Экскурсоводы расскажут о том, как детьми под сливами этой улицы играли Моцарт и Сальери, как мечтали они о великой славе. Но, добавят строгие экскурсоводы, всем этим гениям пришлось уехать, поскольку на Украине тогда властвовали москали.

Украинские власти не должны стесняться. Они должны действовать смело. Не боясь противоречий и критики, Украине нужно захватывать все больше исторических фигур во всех областях мировой истории, науки и культуры. Так, украинцами обязаны оказаться: все еще французский романист Дюма, датский сказочник Андерсен, физик Эйнштейн, американский изобретатель Эдисон, композиторы Вагнер и Верди, художники Пикассо, Дали и другие и, конечно, все египетские фараоны, а также герои всех сказок и мифов мира. Эта серьезная работа, и ради ее проведения стоило бы создать специальное министерство. Расходов не миновать, но главное, что они обеспечат Украине всемирную славу.

Слава это будет дурная. Возможно, кто-то даже скажет, что Украина – это родина фэйков, а вовсе не знаменитостей. Но какое это имеет значение, если реклама позволит привлечь туристов, если из земли поднимутся развлекательные центры, отели, комплексы реконструкции и сувенирные супермаркеты? И это не будут фальшивые туристы, которых «привлек» в Грузию Михаил Саакашвили, записав в оные всех транзитеров. Нет, это будут настоящие путешественники. Им будет страшно любопытно посмотреть на необычные «памятники» и послушать о революционных для своего восприятия фактах.

Британцам с полной серьезностью будут рассказывать о том, как королева Виктория трескала тут вареники, а король-рыцарь Ричард Львиное Сердце гостил у князя Святослава, а потом год не хотел уезжать из Львова — так ему понравился город.

Кстати, разве не там он повстречал Робин Гуда? Американцы узнают, что отцы-основатели их страны родились под Полтавой или были зачаты при непосредственном участии беглого гетмана Мазепы.

Главное не стесняться. Французам нужно непременно рассказывать, что их революция была устроена на деньги того же Мазепы. Итальянцев стоит удивить, поведав, будто все деятели Ренессанса учились в Киеве и потом писали картины на украинские мотивы, а Леонардо да Винчи всю жизнь ходил в вышиванке. Чего стоит показать миру несколько тысяч полотен «эпохи Возрождения», заказанных у местных мастеров? Их могут за зачеты писать студенты, тогда «реставрация потерянных шедевров» обойдется государству совсем дешево. Многие из них можно будет выставить на продажу. Это принесет казне много денег. Бизнес подхватит инициативу. Появятся десятки тысяч новых рабочих мест.

Инвесторы перестанут прятаться на Кипре и начнут вкладывать капитал.

Фэйк-туризм – новое направление туризма, которое Украина могла бы с успехом развить.

Для этого ныне есть все предпосылки. Среди них более всего заметно наличие людей, готовых со всей серьезностью изменять мировую историю и мифологию, для этого подходит и само государство. Вторая предпосылка: готовность множества граждан подыграть такой политике и включиться в зарабатывание денег на ее основе. Стойкость их к любой рациональной критике (особенно внешней) давно доказана. Капиталов на Украине достаточно. Но для их инвестирования в новый туризм нужен только сигнал, дать который должно государство, объявив наступление на «ложное» прошлое человечества.

Перенос «прописки» Муромца – только первый выстрел в этой возможной войне. Победа на ее экономическом фронте достанется украинским дельцам и чиновникам, пусть даже потом со скандалом восторжествует истина. Истина — это все равно не коммерческая категория. Вот только понимают ли украинские начальники, что бескорыстно переселять богатырей и писателей глупо? Сознают, ли что стали посмешищем со своими потугами, особенно когда это делается не ради корысти, а в силу обычного шовинистического идиотизма?

Запись Украина могла бы развить фэйк-туризм и разбогатеть впервые появилась Рабкор.ру.

Вам ехать или шашечки?

© etonline.com

Наблюдая события, разворачивающиеся сейчас в США, и дискуссии среди американских левых по поводу Трампа, трудно не вспомнить известный одесский анекдот. Дама останавливает на улице машину и спрашивает: «А вы настоящее такси?» — «А вам, мадам, ехать или шашечки?» – отвечает ей шофер.

Многочисленные активисты левых групп, принявшие участие в январских акциях протеста против нового президента США, четко дали понять: никуда двигаться они не собираются, никакие перемены им не нужны. Важен лишь официальный дискурс политкорректности, важно, чтобы на дверце машины были нарисованы правильные «шашечки».

А между тем в Америке происходят перемены, не только глобальные по своему масштабу, но и вполне соответствующие требованиям, которые левые на протяжении четверти века сами же выдвигали, организуя свои протестные акции и массовые выступления. Разве не левые подвергли жесточайшей критике Североамериканское соглашение о свободной торговле (NAFTA), доказывая (и, как показал опыт, совершенно справедливо), что оно нанесет вред американской промышленности, рабочим и среднему классу? Разве не левые всего год-полтора назад так же точно осуждали подписание аналогичного договора о тихоокеанском партнерстве и выступали против готовящегося соглашения о свободной торговле с Евросоюзом?

Президент Трамп обещает упростить регистрацию избирателей, чтобы облегчить доступ к голосованию низам американского общества. Откровенно пренебрегая традиционной ролью Америки как лидера «свободного мира», он не только не проявляет интереса к продвижению либеральных принципов, но и называет НАТО организацией, отжившей свой век. За несколько дней до вступления в должность Трамп также заявил, что является сторонником всеобщего медицинского страхования и ограничения цен на лекарства.

Иными словами, повторил требования, высказывавшиеся во время демократических праймериз Берни Сандерсом, самым левым из всех сегодняшних американских политиков.

Намекнул Трамп и на реформу образования, хоть и не сказал ничего определенного. Если подобная повестка дня станет реальностью, речь идет о самых радикальных социальных реформах в США со времен Франклина Д. Рузвельта.

А между тем большая часть американских левых дружно идет на марши протеста, организуемые при поддержке либерально-консервативного истеблишмента, неизменно повторяет любые нелепые и лживые обвинения против президента и весело включается в кампанию против его администрации, делая вид, будто не понимает, что единственная цель всех этих акций состоит в том, чтобы блокировать социальные и экономические перемены в стране. Сорок пятый президент США не пробыл на своем посту и одного дня, а в Вашингтоне и других столичных городах Америки прошли массовые демонстрации. Публика протестовала не против какого-либо решения главы государства или против его политики в целом, а вообще, просто так, против его личности. Нам снова и снова повторяли, что Трамп — расист, гомофоб и ненавидит женщин. Пытались приписать ему ещё и антисемитизм, но от этой темы пришлось отказаться из-за протестов еврейской родни президента.

Участники выступлений так и не смогли сформулировать ни одной политической претензии к новому хозяину Белого Дома.

Да и в отношении женщин, афроамериканцев или сексуальных меньшинств Трамп ничего предосудительного не говорил, если не считать одного частного разговора много лет назад, когда он рассказывал приятелю про неудачную попытку приставания к какой-то знакомой даме… Но то, что сказал или не сказал Трамп, не имеет никакого значения. Его собственные мнения, высказывания и даже действия, его политические позиции никого из протестующих не интересуют. Важно не то, что он говорит или делает, а то, что пишут о нем ведущие нью-йоркские издания.

В свою очередь масс-медиа стали проявлять беспрецедентную симпатию к протестам. Многие из тех, кто вышли в январе 2017 года на марши в Вашингтоне и других городах, протестуют не впервые. Они уже участвовали в антиглобалистских демонстрациях или в движении Occupy Wall Street. Тогда ведущие газеты и телеканалы их акции либо замалчивали, либо изображали выходками хулиганов и маргиналов.

Теперь, напротив, масс-медиа сочувственно рассказывают о происходящем. Что неудивительно, ведь медийный истеблишмент сам же играет важнейшую роль в организации протестов, вырабатывая их идеологию, распространяя информацию о предстоящих акциях и координируя их.

Некоторых представителей американских левых это заставляет задуматься. Но далеко не всех. Неожиданно обнаружилось, что множество «критически мыслящих» интеллектуалов превратились в легко управляемую и манипулируемую массу, не имеющую ни собственных мнений, ни собственной воли. Однако даже те, кто скептически относится к протестам, не склонны анализировать происходящее в классовых или социально-политических категориях. Они лишь напоминают своим более наивным соратникам, что те самые господа, которые сейчас зовут их на улицы, всего несколько месяцев назад прибегали ко всевозможным грязным технологиям, чтобы не дать левому кандидату Берни Сандерсу выиграть праймериз Демократической партии.

Данная констатация, конечно, справедлива, но она ничего не объясняет. Куда лучше суть происходящего выразил Анатолий Чубайс, рассказывая про свои впечатления от Всемирного экономического форума в Давосе. По словам идеолога российских неолибералов, победа Трампа вызвала у собравшихся на форум представителей глобальной элиты ощущение ужаса. Единственным отрадным моментом на этом фоне было выступление китайского лидера:

«Давос открывал генеральный секретарь Компартии Китая — господин Си Цзиньпин речью, которая просто была великолепной, одой рыночной экономике с яркими призывами о необходимости отменять межстрановые торговые барьеры, снижать пошлины, и еще в завершение с заявлением о том, что Китай открывает целый ряд рынков, которые раньше были закрыты. То есть такая суперлиберальная речь, построенная в лучших традициях чикагской школы».

Что же касается Трампа, то, по словам Чубайса, отношение к нему участников Давоса выразилось простой формулой: «либо он откажется от всего того, что он сказал до сих пор, либо он приведет нас всех к катастрофе».

Картина получается весьма парадоксальная, но довольно логичная: угроза мировому капиталистическому порядку исходит из США, а вся надежда глобальной буржуазии — на коммунистический Китай.

Однако Трамп никоим образом не является противником капитализма. Угрозу он представляет не для буржуазного порядка как такового, а для его неолиберальной версии, утвердившейся в мировом масштабе после крушения СССР. Сорок пятый президент США твердо привержен принципам протекционизма, он будет защищать американские рынки и рабочие места.

И, что особенно важно, он призывает остальные страны делать то же самое, не считаясь даже с интересами транснациональных корпораций, базирующихся в США. Хуже того, именно эти корпорации он считает главной угрозой для Америки.

Тревога представителей транснациональной финансовой элиты, собравшихся в Давосе, понятна. Им действительно грозит катастрофа. Ведь торговые договоры, которые уже начинает отменять сорок пятый президент США, на самом деле вовсе не о торговле. Речь в них идет об ограничении суверенитета правительств, урезании демократических и социальных прав граждан, равно как и о многочисленных привилегиях, предоставляемых крупнейшим международным компаниям. Возникает, однако, вопрос: почему американский миллиардер Дональд Трамп оказался не только противником этих соглашений, но и проводником альтернативной политики, к которой призывали антиглобалисты?

Дело в том, что Трамп и его окружение — хоть и баснословно богатые люди, но они не принадлежат к транснациональной корпоративно-финансовой элите, сложившейся и установившей своё господство в течение прошедшей четверти века. Капиталы Трампа и его окружения достигают 3-4 миллиардов долларов. В масштабах американского и международного капитализма начала XXI столетия это уже не столь огромные состояния. Транснациональные компании контролируют ресурсы в десятки раз большие, управляя зачастую сотнями миллиардов.

Дональд Трамп является вполне типичным представителем среднего бизнеса, ориентированного на местный рынок и на развитие реального сектора.

Эта часть буржуазии вполне закономерно восстала против транснациональных корпораций, которые, объединившись с крупнейшими банками, в течение четверти века использовали своё господствующее положение в Вашингтоне, чтобы менять в свою пользу правила игры и перераспределять ресурсы, подрывая не только положение рабочих и среднего класса, но и значительной части предпринимателей.

Взбунтовавшись против транснациональной олигархии, средний бизнес вынужден искать союзников. В свою очередь низы общества, на протяжении десятилетий страдавшие от неолиберальной политики, с энтузиазмом присоединились к бунту. Подобный альянс не будет очень прочным, но он не случаен. Для того, чтобы рабочее движение восстановилось, набрало силу, нужно развитие промышленности, внутреннего рынка, нужна социальная политика, укрепляющая положение трудящихся, дающая им уверенность. Короче, нужен протекционизм.

Исторически именно на фоне протекционистской политики выросли и германская социал-демократия и русский рабочий класс, на который смогли опереться большевики. Без промышленного развития и формирования внутреннего рынка не было бы и революции 1917 года.

В то время как трудящимся нужны рабочие места и достойные заработки, бизнесменам, работающим на внутренний рынок, нужны платежеспособные потребители, которыми должны стать всё те же рабочие.

В своё время Генри Форд сформулировал известный принцип: мои рабочие сами должны покупать сделанные ими автомобили.

Политическим воплощением этого принципа стал «Новый курс» Ф. Д. Рузвельта в 1930-е годы. Именно про те времена «величия Америки» напоминает Трамп своим избирателям. Но это были не только времена социальных преобразований и укрепления национальной промышленности, это был и золотой век американского рабочего движения. Остановить подъем левых сил и профсоюзов в США удалось за счет холодной войны, антикоммунистических чисток и маккартистских гонений против радикальной интеллигенции, которая, утратив связь с рабочими, укрылась в комфортабельном академическом гетто.

В середине ХХ века стратеги западных левых много рассуждали о необходимости альянса со средним бизнесом против крупного монополистического капитала. Парадоксальным образом, сейчас именно такой альянс стихийно сформировался вокруг фигуры Трампа, за которого выступили рабочие, фермеры, мелкие предприниматели, провинциальная интеллигенция. Только гегемоном этого блока оказались не продвинутые левые интеллектуалы, а грубый и неполиткорректный буржуа с Манхэттена.

И винить в этом интеллектуалы должны не Трампа, а самих себя — ведь именно они с презрением отвергли в свое время «устаревшую» классовую политику, сделав ставку на лоббирование либерального истеблишмента и защиту различных меньшинств, изображаемых ими как некая социально-однородная «страдающая» масса.

Тот факт, что сами эти меньшинства зачастую конструировались искусственно и в любом случае были внутренне разделены классовыми различиями, сознательно игнорировался интеллектуалами, поскольку в противном случае пошла бы прахом вся их стратегия блока с просвещенными либералами (иными словами, с идеологическим аппаратом финансового капитала).

По сути, Трамп взялся последовательно выполнять всё то, о чем четверть века говорили левые в США и Западной Европе. Бесспорно, идеология сорок пятого президента США соткана из противоречий, его программа, как и сложившаяся вокруг него коалиция социальных сил, являются переходными, ориентированными лишь на решение одной, но абсолютно принципиальной задачи — подрыва господства финансовой олигархии. И всё же в Вашингтоне появляется, наконец, руководитель, полный решимости осуществить на практике требования, которые сами же радикальные активисты выдвигали по крайней мере со времени протестов в Сиэтле в 1999 году.

Что делают в этой ситуации радикальные активисты? Они жалуются, что лексика Трампа недостаточно политкорректна. Они откликаются на призыв консервативно-либеральных масс-медиа, выступая в роли пехоты для готовящегося антипрезидентского переворота. Верят ли они сами в то, что говорят? Или просто являются заложниками и наемниками либеральной элиты?

Конечно, далеко не все американские левые готовы играть в эту игру. Берни Сандерс, например, виртуозно пытается сидеть на двух стульях сразу.

Он отказался бойкотировать инаугурацию Трампа и раз за разом пишет президенту послания с призывами выполнять прогрессивные обещания, которые тот дал во время избирательной кампании. В то же время Сандерс появляется на протестных демонстрациях, выступает перед противниками Трампа, но на всякий случай избегает руководящей роли в этих акциях.

Очень изощренное тактическое маневрирование. Только у него есть один недостаток: за этой тактикой не стоит никакой стратегии. А рано или поздно придется делать выбор. И чем позже он будет сделан, тем менее свободным и эффективным он окажется.

Либеральный истеблишмент поставил перед собой цель добиться свержения Трампа в течение ближайших полутора лет, до того, как пройдут очередные выборы в Конгресс и президент сможет, мобилизовав низовую поддержку, заполнить его своими сторонниками. Импичмент Трампа становится ключевой стратегической целью для вашингтонских элит. Они постараются добиться своей цели легальными методами, но общий сценарий дестабилизации, как мы видим, не сильно отличается от того, что делали американские спецслужбы, когда свергали или пытались свергнуть правительства за рубежом.

Открытый конфликт, который уже развернулся между Трампом и руководством ЦРУ, свидетельствует о том, что всё будет происходить именно по такому сценарию.

Есть, однако, одно существенное отличие: президент США прекрасно понимает, что ему грозит и откуда. Он будет вынужден содействовать мобилизации и организации низов. В сложившейся ситуации никто, кроме рабочего класса, ему не поможет.

В этом плане требование всеобщего медицинского страхования, поддерживаемое 60% американцев, но дружно отвергаемое депутатами Конгресса от обеих партий, может стать одним из решающих факторов политического противоборства. Для Трампа важно показать, что он выступает за понятные, нужные и одобряемые большинством реформы, тогда как Конгресс не просто блокирует его инициативы, но и выступает против американского народа. Этот народ должен будет выйти на улицы и определить исход дела в решающий момент, когда противоборство между президентом и Конгрессом достигнет кульминации.

В такой ситуации у левых остается выбор: содействовать организации низов, одновременно выдвигая значимые социальные требования и отстаивая самостоятельность движения по отношению к администрации Трампа, или участвовать в заговоре элит — в качестве массовки, превращаясь в пешек, передвигаемых чужой рукой на политической доске.

Запись Вам ехать или шашечки? впервые появилась Рабкор.ру.

Казахстан: забастовку нефтяников пытаются остановить арестами

20 января были арестованы лидеры голодающих нефтяников — председатель профсоюза «Oil ConstructionCompany» Амин Елеусинов и общественный инспектор по труду Нурбек Кушакбаев. Первого обвиняют в растрате профсоюзных средств, а второго — к призывам в проведению «незаконных забастовок». Их арестовали на два месяца и уже доставили в Астану, передает socialismkz.info.

Десятки рабочих нефтесервисного предприятия вышли на голодовку в знак протеста против ликвидации последнего независимого профцентра – Конфедерации независимых профсоюзов Казахстана (КНПРК), сообщало ранее Радио Азатык. Соответствующее заявление было подано рабочими в городской акимат Актау 5 января, в тот же день несколько десятков нефтяников вышли на голодовку.

Решение о закрытии Конфедерации было принято специализированным межрайонным экономическим судом Южно-Казахстанской области 4 января 2017 года. Официальным поводом для ликвидации профобъединения стал иск Министерства юстиции Казахстана о нарушении КНПРК условий подачи документов на перерегистрацию — Министерство юстиции страны затягивает процесс признания филиалов конфедерации, за полтора года отраслевые профсоюзы КНПРК получили свыше 25 отказов.

Несмотря на то, что акимат Актау наложил запрет на проведение акции, рабочие решили оставаться у офиса «OCC» круглые сутки и отказались от приёма пищи до тех пор, пока не будет принято решение о возобновлении работы КНПРК.

В своём пресс-релизе от 12 января руководитель Конфедерации Независимых Профсоюзов Лариса Харькова обвинила лидеров нефтяников в том, что они «принуждают работников указанной компании к участию в незаконной акции протеста в виде голодовки». Её заявление также было положено в основу решений акимата Мангистауской области, областной прокуратуры и областного суда, где голодовка рабочих была признана «незаконной».

21 января участников голодовки фактически выгнали из офиса профсоюза «Oil ConstructionCompany», угрожая применить силу. Прокурор Актау Марат Тойжан и начальник местной полиции Омар Таскынбаев объявили голодовку нефтяников действием направленным «против государства».

Таким образом, власти решили ликвидировать очаг голодовки в офисе профсоюза, так как именно там активисты профсоюза приняли 20 января решение продолжить акцию, несмотря на решение суда о ее «незаконности». Однако даже в ситуации постоянных на угроз и давления, нефтяники приняли 21 января решение продолжить голодовку протеста, в которой продолжают участвовать свыше 700 рабочих ОСС на месторождениях Каламкас и Жетыбай в Мангистауской области.

Протестующие рабочие в процессе разрастания борьбы не остановились только на требованиях регистрации профсоюзного объединения, и  добавили еще одно – освобождение своих лидеров Амина Елеусинова и Нурбека Кушакбаева.

Ситуация очень напоминает процесс развития забастовки в Мангистауской области в 2011 году, когда были арестованы юрист профсоюза АО «КаражангбасМунайГаз» Наталья Соколова и лидер рабочих ПФ «ОзенМунайГаз» Акжанат Аминов. Тогда забастовка, начавшаяся с голодовки, не только не остановилась, а наоборот расширилась и приобрела еще более ожесточенный характер. В нынешней момент многое зависит от того, поддержат ли борьбу рабочих «Oil ConstructionCompany» нефтяники других компаний и организаций области, помимо тех, кто входит в КНПК, так как заставить освободить лидеров могут только массовые и радикальные акции и всеобщая забастовка на всех месторождениях региона.

Запись Казахстан: забастовку нефтяников пытаются остановить арестами впервые появилась Рабкор.ру.

Борис Кагарлицкий

Популярные материалы:

Лента новостей Рабкор.ру

21/04/2017 - 13:21

© stopfake.org

Для позднего (или всё-таки среднего?) путинизма, динамика развития средств производства заметно...

21/04/2017 - 12:59

Пять главных кандидатов в президенты Франции: (слева направо) Франсуа Фийон, Бенуа Амон, Марин Ле Пен, Эмманюэль Макрон и...

20/04/2017 - 12:56

© провэд.рф

То, что либерально-рыночная политика буржуазной власти угрожает науке, образованию нашей страны,...

20/04/2017 - 12:46

© italiantribune.com

22 февраля 2012 года Маттео Ренци посчитал, что должность премьер-министра Италии – это «...